— Есть у меня подозрение, что следователь по этому делу тоже куплен, — произнесла она негромко. — Поэтому предлагаю до суда никому не говорить и не показывать эти документы. Пусть думают, что у нас ничего нет, так будет легче выиграть дело.

Я кивнул, не став спорить. Это её работа, решать, какую стратегию использовать. За это я ей и плачу.

— Что же, раз с этими бумагами у вас проблем не возникло, — произнесла Арина Андреевна. — Может быть, и платёжку умудритесь найти?

— Будет, — пообещал я.

— И желательно найти её побыстрее. Боюсь, что у нас мало времени.

— Мне тоже хочется решить этот вопрос поскорее, — кивнул я. — Не хочу, чтобы отец сидел там за то, чего не совершал. Ему нужно выйти на свободу и очистить своё имя.

— А я выяснила, что завод будет ликвидирован, — произнесла Никитина. — Часть производства должны перенести за город ради отвода глаз, а землю под ним уже планируют перепродать. Пока идёт следствие, разумеется, всё под арестом, но крупные игроки уже спят и видят, как на огромной территории в центре города строится жилой комплекс для самых обеспеченных граждан. Подобные дела стараются проворачивать быстро, так что у нас, Игорь Васильевич, не так чтобы много времени оставалось.

— Я понимаю.

Расставшись с Никитиной, я отправился к загородному особняку князей Стародубских. Конечно, княгиня могла отсутствовать, и тогда придётся искать другие способы с ней переговорить, но не попробовать я не мог.

Дорога заняла порядочно времени, пришлось пересечь Екатеринбург по диагонали, и выехать за городскую черту. Однако остановив Харлей перед воротами особняка, я понял, что хозяйка внутри. Вряд ли она бы куда-то поехала, оставив свой маленький розовый автомобиль на территории. Он стоял у входа, а не в гараже, значит, его хозяйка или только что приехала, или, наоборот, собиралась уезжать. Лучше, конечно, первое.

Постучав в ворота, я дождался появления привратника. Сухой старик в ливрее оглядел меня блёклыми глазами.

— По какому делу? — задал он вопрос скрипучим голосом.

— К её светлости, — ответил я. — Передайте, что Игорь Васильевич Воронов пришёл. Сын Василия Петровича.

Отца многие на заводе любили, и упоминание его имени могло заинтересовать княгиню. Был, конечно, шанс, что она откажется поговорить, но обманом внутрь посреди бела дня я всё равно не попаду. Так что попробовать честный путь стоило.

— Ожидай, — велел старик, после чего ушёл к своей пристройке, укрытой в зелени, высаженной вдоль забора.

Я думал, придётся проторчать перед воротами полчаса или даже больше, однако старик быстро вернулся. Открывать ворота он не стал, отворил калитку, которую и видно-то не было в ажурной ковке.