— И кто же он?

— Местный предприниматель. Любит нечестные сделки, шантаж, подкуп должностных лиц, — он повернулся к Субботину. — Прошу простить мое любопытство, Валерий Игнатьевич, вы-то как с ним пересеклись?

— Дела давно минувших дней, — еле разлепив губы, ответил он. — Я вышел на него, когда занимался мятежом в городе где-то год назад. Оказалось, что это его рук дело. Бегал за ним все это время, да никак не поймать было. Скользкий он, как змеюка подколодная. А тут он сам объявился. Решил вершить самосуд. А оно, видишь, как обернулось.

Его лицо исказила злобная улыбка.

— Владимир Иванович, что прикажете с ним делать? — Никита Александрович обошел притихшего борова по кругу.

— А какое наказание за нападение на великого князя? — спросил я.

— Смерть!

Я передал Лерчика Никите Александровичу, а сам подошел к Андрею Викторовичу и легко вытряхнул его из кресла, поставив на колени.

— Властью, данной мне дворянским титулом, — холодно проговорил я, — приговариваю вас к смерти.

— Помилуйте! — тонко заголосил боров. — Я все понял! Не убивайте!

— Еще скажите, что больше так не будете.

— Не буду! Честное слово!

— Валерий Игнатьевич, — я обернулся к другу, — вы получили всю необходимую информацию от Андрея Викторовича?

— Да, — кивнул Субботин. — Он, как истинный злодей, поведал мне практически все.

— Я могу еще рассказать! Много-много сведений дам! Только пощадите!

Боров позорно разрыдался и упал мне в ноги, пытаясь ухватить меня за сапог. Брезгливо пнув его, я бросил вопросительный взгляд на Лерчика, он в ответ едва заметно качнул головой.

— Хорошо. Да будет так, — я встряхнул борова.

А затем свернул ему шею.

Раздался мерзкий хруст, и тело грузно осело на пол.

— Уходим, — коротко скомандовал я.

Мы подхватили Лерчика под руки и вывели на улицу. Никита Александрович сразу же бросился за лошадьми. Благодаря умершему предпринимателю, у нас их теперь целых три. Осталось только убедиться, что Субботин в состоянии сидеть в седле. Да и раны его нужно осмотреть внимательнее.

Лучше бы, конечно, этим занялся Окунев, с его-то опытом работы. Но я решил снова прибегнуть к магии.

Мысленно сжал светящийся шарик, я аккуратно ускорил процессы заживления в теле друга. Над ссадинами появилось едва заметное марево.

Он недоуменно на меня посмотрел, осторожно вдохнул полной грудью и потом благодарно кивнул.

Целиком излечивать я его не собирался, мало ли где кость сместилась.

Через пару минут вернулся управляющий. Вдвоем мы забросили Лерчика на лошадь, и, убедившись, что он не свалится в самый неподходящий момент, запрыгнули на своих скакунов и отправились в замок.