Я хмыкнул, когда прочитал на вывеске «Компания 'Ассоль». Ну да, стандартное прикрытие для всевозможных отделов конторы, которые располагались где только можно. Посмотрим, что внутри?

А внутри был стандартный интерьер небольшой фирмы. Закрытые двери с номерами табличек на них, чистые коридоры с ковровыми дорожками — вот не понимаю я этой страсти руководства к половичкам — крашеные жидкими обоями стены…

— Нам направо, — сказал мой провожатый.

Я послушно повернул направо и дошел почти до самого конца коридора.

Снова стук в дверь, краткое «Войдите!» и я оказался в кабинете Доброславского.

— Здраствуйте, Ваше Сиятельство! — князь просто-таки излучал добродушие, сама любезность!

Только вот слишком хорошо я знаю эти предварительные ласки. Чем больше начальство выглядит добродушным — тем хуже, тем большую пакость оно готовит.

— Здравствуйте, Ваша Светлость! Вы хотели меня видеть? — сухо поздоровался я.

Тон похолоднее, никакого амикошонства я не допущу. В конце концов этот мой визит был нужен ему, а не мне. Я ему еще и любезность оказываю.

— Да, господин Апраксин, хотел. Вы обдумали мои слова?

— Какие? — опять пытаешься все выведать, используя общеизвестные психологические приемы? Ну, вперед.

— Про Троемирье, перемещение сознания и прочее.

Прочий бред, ты имеешь в виду.

— И очень внимательно. Книжку даже собираюсь приключенческую написать. Авторский экземпляр подарю. Только вот затрудняюсь пока с названием — «Частный случай клинической психиатрии у жандармов» или «Последствия неумеренного потребления галлюциногенов волхвами». Не подскажете, какое лучше?

— Хамить изволите, Ваше Сиятельство, — покачал головой Доброславский.

— И в мыслях не было, — заверил его я. — Сварог свидетель.

— А я-то хотел предложить вам сотрудничество, — укоризненно и с усмешкой ответил он.

— Сотрудничество? — я чуть не поперхнулся от неожиданности.

— Ну да. Работать на ОКЖ.

— Кем же? — я уже понимал, куда он клонит.

— Агентом, естественно.

Я чуть не поперхнулся. Вот только еще агентом я не был. Были у всех свои добровольные помощники, оказывающие определенные услуги, но к ним относились максимум снисходительно.

— Стучать ОКЖ на окружающих? Увольте, не мой профиль. Не собираюсь. И не интересуюсь.

— Ну зачем же так грубо? Это все-таки почетная обязанность каждого гражданина Империи…

— Вешайте эту лапшу кому-нибудь другому, — сказал я. — Не мне.

— Не таким агентом, — вздохнул Доброславский. — Нас не интересует, кто сказал, что Государь плохой или когда состоится собрание кружка марксистов в студенческой общаге.

— Не говорите только, что вы вербуете меня для работы в разведке, — усмехнулся я.