Хлопнула дверь подъезда, выпустив меня под серое питерское небо. Я полной грудью вдохнул воздух, пахнущий креозотом и вонью горелой мусорки. Да, запашок еще тот. Ау, зеленые с вашей экологией, где вы? А, вы же не заезжаете туда, где вам могут морду начистить и машину отобрать. Пикетики проще устраивать у Смольного, где вам ничего грозить не будет.

Я пошел обходить дом. И только я дошел до мусорных баков во дворе.

— Эй, залетный!

Я повернулся. Трое гопников уголовного вида. Из тех, что шарят по карманам, приставив клиенту к горлу нож.

— Что?

— Ты что с Любкой так базаришь, борзый что ли?

Так. А вот и почитатели таланта соседки. Ну естественно, она же их первая любовь. Всех разом.

— Вы вообще-то про кого?

— А то ты не понял.

— Не-а, — с усмешкой заявил я.

— Ну мы тебе сейчас поясним…

Все ясно. Гопота настроилась получить удовольствие, избив залетного.

— Хорошо! — я повернулся и бросился бежать.

Надо же их увести из-под окон, а то слишком много свидетелей будет. Я забежал за торец дома, не обращая внимания на крики «Стоять!» сзади, и остановился. Ну что, так проучить или уйти на Ускорение и бошки оторвать? Нет, лучше первое.

Первый, выскочивший из-за угла получил от меня в качестве дружеского привета подножку, а в падении я добавил ему локтем в затылок. Ну а теперь отработка двух ударов в кадыки, к которым мастера помойных боев без правил были не готовы. Уклонение от прущего без оглядки быка, удар кулаком, на противоходе второму туда же. А теперь двух хрипящих и скрючившихся от боли берем за уши и крепко прикладываем головами друг об друга. Подпустив немного Силы и нимало не заботясь о целостности их пустых голов.

Какой великолепный звук! Как будто ударились два бильярдных шара, ну точно моск отсутствует. Я оттолкнул от себя обеих пострадавших, решивших внезапно прилечь и немного поспать на потрескавшемся асфальте.

Я подошел к третьему, мычащему и ползающему на четвереньках. Пусть живет, если бы я хотел — ударил чуть ниже, между лопатками, ломая позвонки. Но мне сейчас этого не надо. Но вот проучить надо. Я от души зарядил ему по ребрам, и он с воплем перевернулся на спину.

— Ну так? — спросил я его.

— Ты че, мужик? — заскулил он.

— Мужики на зоне на блатных пашут.

— Я не знал, что ты из блатных!

— Какого хрена полезли, бакланы?

— Любка сказала, ты ее оскорбил.

— Не знал, что шкуру можно оскорбить. А тебе какое дело до нее? Не даст в следующий раз?

— Эй, ты базар фильтруй!

— Очухался и сразу порезвел? Обзовись, падла! Погоняло, масть, сколько ходок?

Быдлан молчал, видимо решив не светить свою нетрудовую биографию. Вон как шарики скрипят, аж эхо между домами. Думает, что он потом со мной счеты сведет? Вот это вряд ли. Без предупреждения я прыгнул ему на голень, ломая ее в хлам. Быдлан завопил и начал кататься по земле. Да он так весь квартал соберет! Ладно, мне он больше без надобности, поэтому я зарядил ему с носаря по черепу. Но не насмерть.