— Отчего же?

— Прямо в момент визита инспекторов начался «дневной прорыв», — выпалил Бардено. — Клянусь вам! Именно в тот самый момент! Пришлось срочно эвакуироваться, а потом этот чёртов Греко подсуетился и начал под меня копать.

— Греко? — спросил префект, приподняв бровь, но потом откинулся в кресле и махнул рукой. — С ним сам вопрос решай. Тут я тебе не помощник.

— Но…

— Сам решай, я тебе говорю! И вообще… чего я тебя позвал-то? — Пелегрино резко подался вперёд и сделался очень серьёзным. — Сейчас замолкни, не перебивай и очень внимательно слушай. Драгоценный наш Марио Монгана очень-очень скоро уйдёт в отставку по состоянию здоровья, и Дорсодуро потребуется новый префект. Смекаешь?

Бардено аж со стула вскочил.

— Вы серьёзно⁈ Я⁈ — вырвалось у него. — Префект Дорсодуро⁈ О-о-о, синьор Пелегрино, это такая честь для меня! Я даже не знаю, что и сказать! Я всегда мечтал, что…

— Погоди, — перебил Пелегрино и заплетающимся языком сказал: — Ты, по-моему, перепутал. Причём тут вообще ты? Ты сиди уже где сидишь, придурок, и не рыпайся. Я имел ввиду, что на место префекта своего племянника поставлю. Он молодой и перспективный, не то что некоторые.

— Но синьор Пелегрино…

— Да закрой ты уже рот! — тут префект засмеялся и начал прищёлкивать пальцами. — Шутку придумал! Закрой свой рот, а заодно и понтон-бары. Нравится?

— Я…

— Нравится, не нравится, а надо, Бардено. Сделай это в ближайшие дни, иначе тебе конец. Причём, уж поверь, я лично поспособствую. Лично, — тут префект икнул, — потащу тебя по городу на публичную порку.

Бардено захотелось кинуться на префекта и вгрызться ему в глотку, но первый этот позыв он сдержал. Попытался мыслить рационально и… как ни странно, у него получилось.

— Погодите-ка, — сказал он. — Но вы ведь только что сказали, что поставите в Дорсодуро своего человека. Может тогда и сподручней станет воевать с Маринари?

— Думать! — сказал Пелегрино и в театральном жесте поднял руку. — Это не твоё! Ты же как вообще не понимаешь, как и что устроено. Сейчас люди видят, что я не могу справиться с Маринари. И люди не будут уважать меня до тех пор, пока я с ним не справлюсь, а без уважения протолкнуть свою кандидатуру на пост префекта ой как сложно, Бардено. Понимаешь? Или объяснять ещё раз?

— Понимаю, — выдохнул инспектор. — Но…

— Не боись! — хохотнул Пелегрино. — Я ведь и раньше знал, что ты не умеешь думать, поэтому уже подумал за тебя. Момент! — префект полез в ящик стола, среди вороха бумаг нашёл помятый листок и протянул Бардено. — После прочтения съесть. Ах-ха-ха-ха!