Я принёс сверху плед и накинул его синьоре на плечи. Джулия к тому времени уже окончательно закрыла зал и ушла наверх принимать душ. Петрович в свою очередь тоже свинтил с первыми пакетами, предназначенными для «Клуба Джентльменов», а я остался один в пустом и тихом зале ресторана.
И думал, конечно же, о Вивиане и её кукле. Проблема девушки решена.
— А у нас? — глядя на куклу и попутно отворачивая горлышко бутылке граппы, спросил я. — У нас с тобой всё только начинается, верно?
На секунду опустил взгляд, чтобы налить себе рюмочку, а когда поднял его обратно чуть не поперхнулся. Кукла стояла на том же месте, вот только лицо её изменилось до неузнаваемости. Деревянные губы растянулись в жуткой неестественной улыбке, обнажая сотню маленьких зубов, как будто бы сделанных из обломков зубочисток. Но это не самое интересное. Рука с тросточкой. Она вытянулась вперёд и маленький кукольный пальчик, отделившись от маленького кукольного кулачка, сложился в классический недвусмысленный жест.
Кукла показывала мне средний палец.
— Ну допустим, — кивнул я и махнул граппы. — Твоё здоровье, уродец…
Глава 4
Интерлюдия. Пелегрино и Бардено
С момента прошлой встречи двух благородных синьоров, кабинет префекта Пелегрино несколько изменился. Никаких метафорических запахов типа «аромата благополучия», «денег», «власти» и так далее. О, нет! Теперь здесь явственно воняло перегаром.
На рабочем столе громоздились горы грязных контейнеров от еды, недопитые бокалы с вином и пустые бутылки, а сам префект сидел в кресле с видом хозяина мира. Пьяненький уже по утру, а потому весёленький и игривый. Щёки красные, галстук набок, а в руке рокс с остатками граппы.
— Явился! — радостно крикнул префект, заприметив в дверях синьора Бардено. — Ну заходи-заходи, бедолага!
Бардено в свою очередь аккуратно перешагнул через опрокинутую корзину для бумаг, в которой было всё что угодно, кроме бумаг, и пристроился напротив стола префекта. Чувствовал он себя при этом, мягко говоря, неуютно. И надо полагать, что не из-за бардака вокруг, а из-за сложившейся ситуации.
— Ну? — спросил Пелегрино, залпом добил остатки граппы и начал рыскать взглядом по столу в поисках бутылке. — Чего припёрся?
— Так ведь, — Бардено чуть смутился. — Так ведь это вы меня вызвали.
— А, ну да, — кивнул префект. — Точно, — и отчаялся найти бутыль. — Говорить будем.
— О чём?
— О твоём поведении, Бардено. Скажи мне, ты почему ведёшь себя как нюня, а? Над тобой весь город смеётся. Слышишь? — тут префект ткнул пальцем в окно, за которым шумела утренняя Венеция. — Вот это над тобой ржут, да-да-да!