— Ты лучше Элизу сразу предупреди, а то опять ревновать будет.
— Да она вроде все поняла. Не первый год меня ж знает. И кстати, что у тебя с этим Кайлом, раз ты так о нем переживаешь?
— У меня? С ним?.. — Кроме брачных татуировок, общей магии и общих тайн? — Совершенно ничего!
— Хочешь сказать, что не заметила, как он на тебя смотрит?
— Как на надоедливую муху.
— И эту мушку паучок уволок в свою комнату.
— Не в свою, а в смежную. И это потому, что в вашей комнате всего три кровати.
— Ага-ага! — Агата шутливо ткнула меня локтем в бок.
— По законам жанра тебе должен был понравиться четвертый свободный дракон, — фыркнула я.
И поняла, что не желаю Агате подобного «счастья». Хозяин замка был скользким типом. Вроде бы и благородный легендарный дракон, а смотришь — и видишь перед собой стервятника.
Глупость какая-то. Он же мне ничего плохого не сделал. Разве что Кайла одного в дозор отправил.
— Не говори глупости, у меня от этого лорда мурашки по телу. И это не те, что пробуждают бабочек в животе, а такие… кладбищенские мурашки. Холодящие.
Мне оставалось только промолчать. Бабочки и холодящие мурашки были и моей проблемой. Только в них не было ничего жуткого. Это были очень волнующие и приятные мурашки. Еще бы я не волновалась, где носит этого дракона!
Глава 7
Первый кустик снежецвета мы обнаружили где-то через час. Ника устроила возле него чуть ли не ритуальный танец, обнюхала и осмотрела со всех сторон и только потом дала команду Трифу срезать. Пока эти двое ворковали над находкой, Агата снова начала приставать к Сураку и расспрашивать о бытовых артефактах. Элиза решила, что тоже хочет поучаствовать в разговоре, и теперь все трое спорили, можно ли задействовать бытовых помощников для защиты или атаки.
Тема была интересная. Будь Кайл с нами, я бы тоже присоединилась к обсуждению, но сейчас я постоянно прислушивалась к своей татуировке и надеялась, что тайная магическая связь с Кайлом как-то себя проявит.
Крошечную золотистую бабочку я сначала приняла за солнечный луч на снегу. Когда же она подлетела ближе и покружила чуть ли не у моего носа, я решила, что это знак. Убедившись, что я ее заметила, бабочка полетела куда-то за деревья. И ее никто, кроме меня, не видел. Триф и Ника занимались выкапыванием снежецвета, а раскрасневшийся Сурак что-то доказывал своим спутницам.
Я только проверю. И сразу вернусь. И потом, разве можно заблудиться в лесу, когда пробираешься через сугробы по девственно-чистому снегу? Так что, бросив еще один взгляд на подруг и их спутников, я поспешила туда, где в последний раз видела золотую бабочку. И да, я отчаянно надеялась, что она выведет меня к Кайлу.