Пусть Кремнев и оказался мутантом на службе новых хозяев планеты, пусть Гранитный уже никогда не станет форпостом человечества, идеям коменданта совсем не обязательно умирать вместе с ним.
Мальчишке из-под разрушенного моста спасти человечество? Дать людям еще один шанс на возрождение? Почему бы и нет?
Даже если шансов ноль, Босой должен был попробовать.
Вот только сделать это в одиночку не получится. И первый, с кем стоило поговорить — это Карталь, вождь Степных волков.
Глава 2 Охота на могильщиков
Брюхо могильщика напряженно пульсировало. Широкие когти вгрызались в землю, выворачивая комья грунта и камни. Жвала от нетерпения ходили ходуном.
Стая после долгой голодовки наткнулась наконец на вожделенную добычу и вот уже третий день непрерывно копала, углубив широкую воронку уже на добрый десяток метров.
По ночной степи разлеталось скрежетание и нетерпеливый клекот.
С холма неподалеку за работой мутантов наблюдали люди: вождь Степных Волков Карталь, молодой сотник Табол и пожилой, едва ли не старше самого предводителя, Данияр, советник, давно из-за своего возраста прекративший участвовать в сражениях.
— Нельзя сейчас. Надо бы дождаться утра, — обычно спокойный Данияр видел, что вождь поглаживает навершие меча, и не находил себе места, — ты же знаешь, им что в темноте, что днем кислотой плеваться — все равно. А нам как воевать?
Табол презрительно скривился.
— Разглядим как-нибудь. Факелы зажжем. Мои бойцы стреляют на звук не хуже, чем на свету. Карталь, только отдай приказ.
— Нельзя сейчас, — повторил советник, игнорируя неуважительный тон сотника, — ты же знаешь, что нельзя.
Карталь ответил, не поворачивая головы.
— Если бы мы делали только то, что стоило бы, брат, мы бы и сейчас сидели под юбкой у твоей ненаглядной Тамарочки, баранины ей в пирожки, и пили воду из ручья, потому что ничего больше бы она нам не позволила. И не здесь, а под Саракташем, прямо на той козлиной ферме, куда занесло нас вместе с ротой во время нашествия. Тамарочка бы сидела на сене, а мы бы у ее ног, прямо в навозе.
— Нельзя сейчас.
— А потом будет поздно. Ты сам слышишь, как они стрекочут. Еще час — и докопаются до цели. А тогда можно будет разворачиваться и уходить.
— Два месяца слежки к чертовой бабушке, — подтвердил Табол, — а нашли они что-то большое. Нам нельзя это упускать.
Могильщики скучковались в самом центре воронки. Их рыжеватые похожие на муравьиные тела терлись друг об друга. Лапы работали удивительно синхронно, словно все мутировавшие насекомые на время стали единым организмом. Когда кто-то из могильщиков поднимал голову, становилось заметно, что на мордах у них нет глаз. Ни одного.