Будем честны, в той же Академии Анкарна студенты и студентки не были образцами морали и прилежания. Если ещё курсе на первом они только осваивались, отчасти робея перед открывающимися возможностями и искушениями, то курса со второго очень многие начинали вести весьма разгульный образ жизни. Для тингландцев, отличающихся достаточно строгим воспитанием, это было весьма предосудительно.

Убедив родителей, что им нечего здесь опасаться, я с облегчением выпроводил их за ворота и вытер совсем не воображаемый пот со лба. С первой и самой сложной частью было покончено.

Где-то через час должен был начаться приём молодого пополнения горцев в рекруты паладинов. Но там и людей было поменьше, и родные их не присутствовали.

Горские деревни продолжали отказываться от порченых, по их мнению, детей, полностью вычёркивая их из семьи и рода. Неприятная вещь, но я пока не знал, как это изменить. Это как староверы из моего прошлого мира. С ними крайне сложно взаимодействовать и очень тяжело в чём-либо убедить.

— Ну, как прошло? — раздался знакомый голос рядом.

— Тьфу-тьфу, неплохо, — ответил я, оборачиваясь к своей первой жене. Обниматься и целоваться не стали, всё-таки не дома, да и перед студентами показывать не стоит, но ненадолго подержаться за ручку себе позволили.

Алиса добралась до колледжа только вчера, не менее взмыленная, чем я, и не одна, а ещё с тройкой таких же боевых магов, которые должны были разделить с ней бремя обучения паладинов. Все опытные, прошедшие не одно сражение. Я бы даже сказал, ветераны. Как я понял, непосредственно в легионе они уже не служили, находясь на заслуженной пенсии, но вполне были не прочь пообучать молодняк. Тем более, что с паладинами всё было весьма интересно.

Имперцы, конечно, и я буду не я, если среди них не затесалось одного-двух сотрудников имперской разведки, коллег Сильвии и Рогырды из Академии Анкарна. Но с другой стороны, почему бы и нет? Лишь бы учили хорошо. С Имперским Легионом у нас отношения были неплохие, и портить их ещё и с ним я не планировал. Мне и Совета Магов пока за глаза.

В общем, вчера уже на общение с друг другом у нас не было ни сил, ни времени.

— Сколько там твоих ожидается? — поинтересовался я.

— На первый курс фактически одна группа, двадцать семь человек, — ответила она, — но помимо этого, от Селестины ещё минимум три группы на переобучение.

— И когда они прибудут? — нахмурился я.

— Договорились, что через декаду.

— Ладно, — вздохнул я, — справимся.

— Справимся, кивнула Алиса, улыбнувшись, — никуда не денемся.

* * *

Своей родной бывшей группе А1 я решил торжественную встречу не устраивать и громких речей не говорить. В принципе, не держал их у порога. В конце концов, что они здесь не видели? Этот колледж наполовину был построен их собственными руками. Поэтому, не чинясь, сразу повёл их всех в аудиторию, где собирался уже поговорить более предметно. К сожалению, с каникул вернулись не все. Где-то треть студентов осталась в Империи. Похоже, вести об изменениях, произошедших в магической жизни страны, испугали часть родителей, решивших оставить детей дома. Но основной костяк группы — мальчики и девочки — все остались со мной.