Так же считали и соседи. Мужикам было за сорок, и они явно немало повидали в жизни. Оставалось только порадоваться, что заглядывать под стол торговцы не станут и обувь наёмниц не увидят.

— Бывали мы в вашем Ливоре, — хмыкнул один из купцов, — Всё тоже самое.

— Инструменты у менестрелей другие, — пришла на выручку подруге Латана.

— А, это точно, — второй торговец, только что за один раз опорожнивший почти наполовину кружку эля, довольно кивнул, — Все знают про тринских артистов, что они у нас самые лучшие.

И это утверждение показалось попаданцу сомнительным. Ничего превосходящего у местных музыкантов он не наблюдал. Похожие, как и в других местах, инструменты, всё те же примитивные мелодии, а-ля в траве сидел кузнечик, и даже строки песен часто без рифмы.

Одно время Игорь даже порывался, как говорится, сбацать что-нибудь из земного репертуара, и Тания об этом несколько раз просила. Чуть позже к её просьбам присоединилась и Латана. Попаданец отказывался, ссылаясь на то, что, ни голоса, ни слуха, не имеет. Преувеличивал конечно, всё у него было в норме.

Как ни странно, но нежелание Егорова исполнять что-либо из репертуара родного мира заключалось в шаблонности этого действия. Во многих прочитанных им книгах попаданцы, помимо перегонного аппарата и пороха, брались за адаптацию к местным условиям произведений земной культуры. Игорь посчитал, что с него хватит и нескольких литературных жанров, которые он подарил средневековой магической Орване. А сейчас, вдруг ни с того, ни с сего, пожалел, что отказался от музыкальной стороны прогрессорства.

"Как вернусь в Приар, — подумал Игорь, — надо будет примерить на себя таланты Высоцкого или Цоя, а может даже замахнуться на Александру Пахмутову или ещё кого-нибудь. Пусть моё владение прославится и музыкальной культурой. А армейские строевые песни? Это же какое поднятие боевого духа? Эх, превозмоганец, голова-то на что?"

— Что будете заказывать? — к столу, вытаскивая попаданца из потока мыслей, подбежал тот самый раб, что встретился на входе, — Вчера привезли дувстольское вино. Господа говорят, что не хуже исквариальского.

— Бери эль, наёмник, — посоветовал самый выпивший и хмурый из торговцев-соседей, — Вино здесь дерьмо всегда подают. Хранить не умеют.

— Всегда, говорю же, только привезли, господин, — оспорил мнение купца официант.

— Рот закрой, свинья! Не с тобой разговариваю, — злобно прорычал хмурый.

Взглянув на довольные лица герцогинь, Егоров вспомнил, что те ни разу не бывали в кабаках и, соответственно, никогда ничего в них не заказывали. Значит, нужно самому принимать решение и за подруг.