Как такового сахара в этом мире не производили, однако, из местного подобия сахарного тростника делали очень густое сладкое вещество, которое наряду с мёдом позволяла полноценно заменить этот отсутствующий земной продукт.

Проводив служанку взглядом, Игорь улыбнулся пришедшим в голову воспоминаниям о том ошеломительном успехе, который имел его певческий дебют перед герцогинями и прислушивавшимися к происходящему в Латаниной гостиной графом Кесп-Тилским, гвардейцами и прислугой. Стаса Михайлова, и то, с меньшим восторгом почитательницы воспринимали.

На удивление, менестрели очень быстро усваивали новые мелодии. Нотной грамоты здешние музыканты не ведали, но на слух подбирали любой напев почти мгновенно. На разучивание намеченных землянином двух песен ушло всего-то минут пять, ну, десять.

Обрадовавшись талантам своих аккомпаниаторов-аранжировщиков, попаданец решил сразу расширить свой репертуар, включив в него песни группы Любэ — "Позови меня" из кинофильма "Убойная сила", "Почему так в Ливоре берёзы шумят" — вызвавшая бурю эмоций и слёзы обеих герцогинь, чьи лучшие годы детства и юности прошли в королевстве, адаптированная композиция из сериала "Участок" с замечательным Сергеем Безруковым в главной роли, и конечно же любимая про коня, "только мы с конём по полю идём".

Войдя во вкус, Егоров едва не принялся обучать ошеломлённых и возбуждённых необычной красотой мелодий менестрелей исполнению "Отеля Калифорния", но вовремя остановился, решил, что пока хватит и этого списка песен, да и на двух струнных инструментах рок-композиция не очень эффектно прозвучит.

Чтобы не смазать первое впечатление от своего концерта, обучение и репетицию землянин провёл в дальнем флигеле для приезжей прислуги, откуда предварительно были удалены все обитатели.

На первое исполнение земных песен никого из гостей приглашать не стали. Вот, кто был в апартаментах герцогини Гирфельской, те и имели возможность послушать и выражать свой восторг любыми доступными и позволительными способами.

Кузины Латана и Камалия повисли у графа Приарского на шее, целовали, но автографов не брали и на куски одежду кумира не рвали, принц Дин умолял дядю Игоря научить его словам песен, и даже вечно желчный граф Риднок Кесп-Тилский подобрел и смотрел на советника правительницы с уважением и повлажневшими от несвойственных ему чувств глазами.

Мнение остальных слушателей графу Приарскому должно было быть, как говорится, по барабану, но их восхищение ему всё же было приятно.