— Стах, ты не будешь ругаться, если я признаюсь?

— В чём?

— Пока не скажешь, что не обидишься, не скажу.

— Ладно, не обижусь и не буду ругаться.

— Когда ты подходил, я на тебя посмотрела. Понимаешь? Посмотрела!

— И что увидела?

— Я никому не сказала, честное слово… Стах, ты — архимаг. У тебя аура ярче тётиной.

— Спасибо за комплимент, но ты ошибаешься. Это ауры моего амулета и перстня.

— Пусть я пока ещё маленькая, но давно уже не глупышка. Амулет светит Жизнью, перстень — Защитой и Колдовством, а ты сияешь ярче их. Не говори, если не хочешь, только твою ауру любой волшебник сразу распознает.

— Я ни разу не творил заклинания девятого круга.

— Да? Как-нибудь попробуй.

Мы оба задумались, каждый о своём, походили ещё пару минут, а затем вернулись на веранду.

Королева ещё на четверть часа задержала меня разговором ни о чём, затем отпустила. Мама успела шепнуть, что у неё всё в порядке, чувствует себя неплохо, а её величество подарила ей очень покойную карету. Едешь, как по спокойной воде плывёшь, совсем не трясёт.

Рассказ маленькой Терезочки я передал Симону. Он же у нас гильдейский политик, ему о таком знать необходимо. Задумался человек, призвал Салу и Фину на совещание, попросил для них повторить известие. Посовещавшись, они решили, что Неста точно долго не усидит на месте Верховной. При ней все переругались, нет общей цели для всех гильдейских, даже новый регламент завис. А ведь вот-вот грядёт общее собрание. Сколько его откладывать можно! Там могут и назначить выборы нового главы. Главный вопрос — кого? И тут все дружно посмотрели на меня.

— Что вы на меня смотрите? — Я сразу напрягся. — Новым Верховным мне не быть. Молодой ещё. Даже если и выберут, то буду сидеть только для декорации. Вы на кого другого смотрите. Вон на Симона, например. Возрастом подходящий. Как дела вести, знает. Государю известный, характером годный. Он у него как печатный пряник — крепкий, хоть гвозди на нем распрямляй.

Женщины перевели взоры на задумавшегося Симона.

— Может получиться, — заявила Фина. — Только денег у нас маловато для выборов. Хочешь не хочешь, а потратиться придётся. Банкеты с разговорами, на лапу кому сунуть, подарки подарить.

— Если всем родом напряжёмся, то соберём. Может, в обрез, но будет.

— Сколько надо? — спрашиваю. — Тысяча дукатов у меня на крайний случай лежит, ещё камешков чуток есть. Не гранитных, понятно.

Тут и Симон глаза поднял.

— Тогда точно хватит.

— Род всё вернёт, — заявила Сала, — с процентами. Через… — на минуту задумалась, — через три года расплатимся. Раз в треть года будем отдавать равными частями.