Жена покойного Бертиоса уведомляет о том, что в духовной я указан наследником его книг, записей и прочих вещей, лежащих в кабинете при больнице. Просит как можно быстрее их оттуда забрать. Приписка скорописью: «Сожгите эти проклятые бумаги. Они забрали у меня мужа, а у нашей дочери отца!» Эмоционально. Похоже, родные не слишком были рады успехам главы семейства на почве хирургии. Про наследство завтра же отдам распоряжение. Пишу вдове ответное письмо с соболезнованиями. Ещё спрашиваю, не нужна ли моя посильная помощь в каких-либо делах, и не пригодится ли семье что-нибудь из тех вещей, которые мне завещаны.
Честное слово, так неудобно! Хотя я никого из семьи Бертиоса никогда не видел и никто не знает о моей роли, но всё же, право слово, чувствую себя неловко.
Третье письмо. Некая Алоиза, непонятно какого звания, повторно просит о личной встрече и предлагает пятьсот золотых гиней, если встреча состоится сегодня, в течение часа после получения письма. Хм, адрес… Какое-то городское поместье. Пишу в ответ, что финансовыми вопросами занимается мой эконом, и по денежным делам прошу её обращаться к нему, ибо у меня слишком мало времени для посторонних занятий. Призываю служителя, отдаю ответ, показываю письма и спрашиваю: «Что это такое? И откудаэто у меня на столе?!» Затем выражаю твёрдую уверенность, что письма столь вульгарной особы больше не будут попадать в мою корреспонденцию. Служитель лепечет, что они сейчас же разберутся, а письмо будет срочно доставлено по адресу.
Между нами говоря, письмо откровенное хамство. Члену Госсовета предлагать любые деньги непристойно, а уж брать их…
Когда меня вновь позвал государь, взял обе записки от Алоизы и показал их ему. Его величество смеялся до слез, а потом вызвал дежурного, сунул ему письма и велел передать охранителям, чтобы те разобрались и доложили, каким путём сии писульки попали во дворец. Ко мне у него было сообщение, что после смерти известного мне лица дело дальше откладывать нельзя, и он желает, чтобы поздним вечером в субботу мы занялись наложением Видения. Понятно, сразу заявляю, что всегда готов.
Сегодняшний письмопад завершился крайне лестным письмом от графини Вулфстейн. Она благодарила за передачу ей дома, сообщала, что намеревается принимать гостей, и любезно просила заезжать по первым и третьим средам месяца. В ответ поблагодарил за приглашение, но приезжать к ней не собираюсь. Кто она мне? Да и зачем я ей?
Глава 9. ВИДЕНИЕ
Утро
За завтраком дал распоряжение забрать вещи покойного Бертиоса из больницы, ведь просили срочно. Если кто что-то будет просить оставить, решить на месте. Семье отдать без ограничений, больничному персоналу согласно чину просящего, иным — спросить у меня. Понятно, записать или запомнить, кому и что отдали.