Отказаться принимать простолюдинов тяжелее всего. Какого-нибудь старпера (сиречь старого пердуна) из Генштаба посетит идея усиления кадров армейских волшебников. Он пойдёт к самому генерал-аншефу. Тот со мной в хороших отношениях, но государю доложит. Его величество лично попросит меня, даже пожалует чем-нибудь. Я ему отказать не смогу, и башня быстро станет проходным двором.

За это мне навесят какую-нибудь очередную регалию, подкинут толику благ, дадут красивое звание — например, ректора. Звучит же! Король под такое дело со временем протолкнёт меня на должность Верховного Магистра. Хорошо, но… зачем? Я в доме дяди нашёл записи и разработки вражеского огнемастера, так ещё даже не открывал их. Мне по приказу его величества срочно нужно лезть в катакомбы, искать логово лича, а я никак не могу из дворца выйти, дела не отпускают. Да что говорить! Даже побыть с семьёй времени нет. Чуть найдётся лишняя минута, бегу в лабораторию зелья варить. От торгового принца через Черныша пришла просьба прислать кремы. Не откажешь, тот мне избыток всего надарил. Хочу сварить гросс, двенадцать дюжин, «Горной лаванды», дюжину «Жемчужного» и, тайком от наших, зелье для роста волос.

В кабинете, в ящичке для входящей почты, появилась целая стопка писем. Никогда во дворце столько не получал. От Несты официальный пакет, запечатанный печатью гильдейской канцелярии, и конверт с личной запиской. Письмо от Никола Огинского, ещё одно от герцога Ранбранда, следующее из Геральдического комитета, с него и начал.

Геральдисты уведомляют о моем возможном вхождении в линию наследников графа дю Гоуи. По сему поводу мне надлежит прибыть на проверку соответствия, которая состоится сразу, как его величество соизволит выбрать день для присутствия на оной.

Никол просит оказать ему услугу — принять некую вдовствующую графиню, которая просит моей аудиенции. Зачем? Не написано. Но предложено встретиться до приёма, обсудить, почему это нужно. Огинский охранитель, с разбегу бросаться в его объятия точно не стоит. Однако он хоть дальний, но родственник, отказать неприлично.

Найджел предложил встретиться в неофициальной обстановке. Точнее, в кофейне «Жёлтая роза», где мы первый раз встретились. Причина? Его дочь хочет мне рассказать что-то очень важное. Он уже перехватил три письма Терезы ко мне и, чтобы приличным образом завершить почтовую эпопею, просит выслушать девочку в любое удобное для меня время. Герцог мне скорее симпатичен. Причём, судя по дошедшим через Симона слухам, он был против разрыва со мной. Место встречи выбрано удачно. Кто удивится случайной встрече юноши, заглянувшего выпить чашечку кофею, и отца, угощающего дочь мороженым? Внешние приличия будут соблюдены, случайность она и есть случайность, тем более мы не ругались, ничего такого. Но! Встаёт вопрос — надо ли вообще идти на сближение с Ранбрандами? Стоит посоветоваться с признанным экспертом в вопросах этикета и политеса. Это, понятно, Кидор.