— В прошлый раз вы упомянули, что орден изучил всю мою родословную. И не нашёл доказательств, что кто-то из моих родственников владел «магическим анализом», — напомнил я. — Понимаю, что Ушаковы не приходятся мне прямо роднёй, но…

— Понимаю, что ты хочешь сказать, Павел. Повторюсь, о нашей с тобой связи никто не знает. Никто. Абсолютно, — ответил Николай Антонович. — Поэтому я и попросил, чтобы ты сохранил это в секрете. Если орден поймёт, что мы с тобой связаны, скорее всего, они меня отстранят. Приставят к тебе менее заинтересованного человека, понимаешь?

— Я буду молчать, — кивнул я. — На этот счёт можете не беспокоиться. Тем более я рад, что нашёл хотя бы одного родственника. Будет здорово, если мы продолжим работать вместе.

Частично это ложь. Да, иметь близких людей — здорово. С этим никто не спорит. Но я всё ещё не уверен, что могу довериться Ушакову. Пусть потеряет бдительность. А я за ним понаблюдаю. Уж больно резко всплыл мой дядя.

Но, опять же, отказываться от сотрудничества с ним пока что нельзя. Он знает, что Кирилл жив. Знает, потому что работал на гильдию убийц. Мы обменялись тайнами. И их придётся сохранить. Пока что рано показывать Кирилла общественности. Будет лучше, если он и дальше будет считаться погибшим.

— Что ж, тогда мы можем снова продолжить нашу научную работу! — обрадовался Ушаков. — Как дядя и племянник. Я очень рад, Павел, что ты адекватно воспринял эти новости. Я благодарен тебе за это. И постараюсь тебя не подвести. Итак… Самое время подвести итоги. Подозреваю, что эту силу ты получил из-за яда — бехелика. Другими словами, твой «магический анализ» — это побочный эффект. Невероятная случайность.

Случайность, значит? Может быть. Вот только в случайности я верю не больше, чем в совпадения.

— Так или иначе, — Ушаков вернулся к компьютеру и снова запустил запись, — сейчас тебе нужно пройти в МКТ. Продолжим обследования!

* * *

— Да-да, всё верно. Проходите в этот аппарат, — попросил пациента Аскольд Афанасьевич Платонов.

Онколекарь только что прибыл в свой научно-исследовательский центр. Замотался… Пришлось катать по всему городу, чтобы поскорее заключить все договоры о поставках. И набрать новых пациентов в других клиниках.

Исследования должны продолжаться. А для этого нужно больше онкобольных, готовых пойти на любые риски.

— Господин Платонов, а… могу я поинтересоваться, что это за штука? — спросил Евгений Дробышев.

Пациент с раком лёгких уже начал опасаться обследований. И Платонова этот факт напрягал. Он ведь ещё даже не испытал на Дробышеве все свои изобретения. Пока что он прошёл через самые лёгкие обследования.