— Держи! — Хелена размашисто расписалась жирным маркером на собственном плакате, хорошем, из качественного пластика, и приписала что-то от себя. Что-то душевное, ободряющее. И дорисовала сердечки.

Беатрис взяла его, свернула, и, как какую-то ценность, приложила к груди:

— Спасибо!

— Надеюсь, всё у тебя будет хорошо! — заговорщицки прошептала Мерелин, подмигнув. После чего открыла дверь и подождала, пока мы выйдем. — Удачи вам!

— И тебе удачи!.. — пролепетала Беатрис в ответ.

Хелена встретилась со мной взглядом, но ни злости, ни презрения, ни каких-то ярких эмоций в нем не было. Так смотрят на хороших, но нагловатых надоедливых знакомых из своего круга общения, коллег по работе.

— Пока-пока! — и закрыла дверь.

— Пока! — успел помахать и я.

i

«М-да, Шимановский! С повышением!»/

i — успел произнести мой бестелесный собеседник, когда из-за спины раздался голос:

— Чего это вы тут по чужим гримеркам шастаете?

Мы обернулись. Ее высочество. И две девочки, одна рядом, одна чуть поодаль. Стояли около поляризованного окна, наблюдая за тем, что происходит снаружи. Окно это выходило к фонтану во дворе, и посмотреть там было на что. Оставив Беатрис, прошептав, чтобы стояла здесь, я подошел к ним.

— Да вот, решили зайти. Благодарности принять. Хорошо же получилось!

Фрейя нахмурилась.

— Опять камень в мой огород?

Я глянул вниз. У фонтана стояла небольшая толпа, причем из тех, кто «в теме». «Ромеровцы» низшего звена, вроде наших танцоров и моих напарников по группе. Те, кто не участвует в банкете и собирается отмечать своими силами. Ну, и плюс всё еще не разошедшиеся зрители.

— Твой? — Я нахмурился и покачал головой. — Ни в коем случае. Ты — это ты. С тобой у нас одни взаимоотношения. Она — это она. С нею другие. Или хочешь сказать, что девушка не имеет права высказать благодарность помогшему ей симпатичному парню, дав автограф его далекой от мира музыки родственнице?

— Бени мне рассказывал про другую благодарность, — ядовито фыркнула Фрейя, глазки ее сузились. — И эта благодарность блестела золотым цветом.

Я философски пожал плечами.

— Благодарность — благодарностью, комиссионные — комиссионными. — После чего развернулся уходить, но она окликнула.

— Стой! — Обернулся. — Я специально искала тебя после концерта. — Пауза. — Хуан, я не хочу быть должной или обязанной. Извини, раньше было некогда, только сейчас.

Она раскрыла маленькую тканевую сумочку размером чуть больше раритетного кошелька, которую держала в руках. И протянула из нее мне несколько… Золотых пластинок.

— До концерта не успела, курьер задержался. Это тебе. И… Спасибо за помощь! — Ее глаза потеплели, в них полыхнула искренность. — И за ту, что хотел… Но не получилось, — смущенный взгляд в пол, — и за ту, что получилось.