— И что собираешься делать с ней позже? Когда начнет ценить и бегать? — усмехнулся Гильермо. Максимилиано расплылся в задумчивой улыбке.

— Посмотрим, дружище, посмотрим. Девочка она хорошая, достойная того, чтоб согревать меня долгими ночами вдали от дома…

Это был сложный разговор. Сложный тем, что на данный момент девушка «выпендрилась» — в ультимативной форме уведомила, что берет с собою в ресторан, в который он её пригласил, свою сестру, которой «надо развеяться».

— Старый трюк, старина, взять с собой кого-то. Но никуда не денешься, надо играть по правилам. Выручи, Гильермо! Век благодарен буду!

— Что за сестра? — нахмурился Гильермо.

— Не знаю. — Максимилиано покачал головой. — Слышал про неё, но вживую не видел. Маленькая ещё, всего восемнадцать лет. Наверное, крышелётка малолетняя. Знаешь же этих юных сеньорит? Разбитая любовь, сопли на ровном месте, всё такое… Тебе просто нужно будет взять её на себя и отвлечь, все дела.

«Просто отвлечь» малолетнюю «крышелётку» после разбитой любви? Идея нравилось Гильермо все меньше и меньше. Но глядя в глаза друга, когда тот говорил о девушке из соседней группы, он уступил.

— Только отвлечь, и больше ничего?

— И больше ничего! — клятвенно заверил Максимилиано.

В назначенный час Гильермо в костюме от Франческо Феррари, в сопровождении не менее представительного Максимилиано, ждали девушек в назначенном месте. Девушки не подвели — почти не опоздали, и внешне… В общем, посмотреть там было на что, хотя одежда и выдавала их происхождение с головой. Но это были не его проблемы, а Максимилиано.

— Прошу! — указал он сеньоритам на свой сияющий «Атлантико», купленный с аукциона. Штучный экземпляр, не серия.

К его удивлению, ни их внешний вид, ни машина не вызвали у сеньорит никакого отклика. Словно они приехали за ними на зачуханом тарантасе купольного класса без магнитных стоек, на которых разъезжают гастарбайтеры с Земли. Что задело, но и к этому Гильермо отнесся с пониманием.

Задавая наводящие вопросы, он понял, что старшая, которая как бы девушка Максимилиано, умная и целеустремленная, не боится ни бога, ни чёрта. Отчаянная. Такая не будет бегать и целовать ноги никогда, и «гонор нищей голытьбы» в ней не показной. Понятно, почему на неё клюнул мажор, о котором говорил друг, защитивший от бандита в своё время, как и понятно, почему она не с ним сейчас. Мажоры они как Максимилиано, клюют на красивое, но любят, когда за ними бегают, в пупок их целуют. А тут иной случай и иной диагноз. Но Максимилиано об этом говорить, пожалуй, не стоит, пусть набивает шишки сам. Сестра же…