— А девочка не так глупа! Умные вещи говорит! — заключил Пако. — Действительно, выгода всегда должна быть обоюдной! Особенно обоюдной для нас! — Беглый взгляд на подопечную, после которого последовал едкий смех, вызвавший во мне жгучее желание испробовать его шевелюру на прочность кирпичом. — Ну что ж, давай сюда, послушаем твой материал на досуге!..

Он протянул руку, считая, что я совсем лох. Не спорю, я на него похож — опыта в подобного рода сделках никакого, что сегодня и продемонстрировал. Но опускать меня на уровень неандертальца?

— Не так. Мы слушаем здесь и сейчас, — покачал я головой. — После чего вы выдаете вердикт, подходит вам такое или нет. Если да — продолжим разговор далее. Нет — я ищу другого клиента.

— Настырная девочка! — заявило это чучело. — Как хочешь!

Он развернулся и даже открыл дверь, но его настиг недовольный окрик:

— Пако!!!

Тип замер на месте. Обернулся.

— Пако! Я хочу спеть эту песню!

Вот-вот, обожаю такое состояние в женщинах. Называется «королева стерв». Договориться с такой невозможно — или психануть, или уступить. Глазки пылают, бровки сдвинуты, голос тверже стали. Мегера, медуза Горгона! И главное, если психанешь, не уступишь — пожалеешь. ОЧЕНЬ пожалеешь, такие стервочки могут устроить «сладкую» жизнь.

— Ну ладно, звездочка моя, ради тебя! — сдался этот тип. Закрыл дверь, прошелся назад. Сел прямо на стол, сдвинув костюмы. Картинно вздохнул. Я вновь протянул девушке капсулу.

Слушали молча. И пока играла музыка, Пако преобразился. Вместо эпатажного выпендрежника я увидел «купца», барыгу с сумасшедшей деловой хваткой, знающего, как сделать так, чтобы не прогадать. Он мысленно разложил песню на составляющие, ручаюсь, представил, как будет она звучать голосом его «звездочки», в чем она при этом должна быть одета и каков бизнес-план раскрутки песни. И всё это в жалкие четыре минуты звучания.

Однако, как только последний аккорд заглох, передо мною вновь стояло чучело богемной ориентации.

— Она на английском! — недовольно потянул он. Но я отнес эти слова не к возражениям, а к замечаниям. Согласился, подправив:

— Староанглийском.

— Тем более. — Пако подпер подбородок кулаком.

— Не такой сложный язык, — пожал я плечами. — Особенно, если учить на звук. А то и вообще перевести на испанский.

— Не твое дело, куда перевести! — бросил он и я заткнулся. Действительно, судьба песни после сделки меня не касалась, а Пако, судя по всему, решил ее взять. — А что с правами собственности?

— Вещь средневековая. — Я вновь пожал плечами. — Век то ли двадцатый, то ли двадцать первый. Все права, какие были, давно забыты. Я даже имена авторов не нашел.