— Хорошо, тогда поехали.

— Куда? — сглатываю скопившуюся во рту слюну, едва ли не поперхнувшись.

Не знаю что на меня так действует: голод или его присутствие рядом, но слюнные железы работают с какой-то удвоенной силой.

— Ко мне.

— Зачем? Я не поеду к тебе.

— Ещё как поедешь, я что твоё платье с трусами просто так стирал?

— Ты не просто так стирал, а…— похоже у меня подтекает крыша раз я хочу ему напомнить о своём позоре.

— А за что? — с ухмылкой спрашивает он.

— Мне к девчонкам надо, — бурчу себе под нос, пытаясь перевести тему.

— Я был у девчонок, забрал твой чемодан.

— Да! И что они сказали? — оживаю.

— Они не могли ничего сказать, они скорее мертвы, чем живы, так что поехали Пупетта… — берёт меня за руку. Лыбится во весь рот.

А я стою.

— И что мы будем делать у тебя?

— Для начала я нас покормлю, потом, если ты себя нормально будешь чувствовать, продолжим то, что не закончили ночью, — на этом месте я громко сглатываю, но молчу, — а потом, навестим моего отца во Франции. Ты же хотела на море?

О, Франция... Неужели я так хороша была этой ночью?! Ещё бы вспомнить что-нибудь…Блин.

— Мне девчонкам нужно позвонить, — не могу же я так сразу согласиться.

Но за рукой его иду.

— Позвонишь, ты телефон купила?

— Какой телефон?

— Ну я же тебе карточку оставлял, чтобы ты телефон купила.

— Да? — торможу. — Я думала, ты её забыл…

Шум в голове от резко подскочившего давления при виде ресепшена и направленных на меня нескольких пар глаз, не позволяет услышать ответа. И только мысль, что я этих людей, с интересом рассматривающих меня, больше никогда не увижу, удерживает на ногах. Но до машины практически бегу.

Открыв дверь со стороны пассажирского кресла, чуть не плюхаюсь на коробку которая на нём лежит. Коробка сильно похожа на телефон, но думать об этом я пока не могу, хочется побыстрее уже отсюда уехать. Как только представлю, что меня все эти люди ночью видели, а потом ещё стирали мои… трусы, так сквозь землю хочется провалиться. Сажусь, коробку кладу на колени. И правда — телефон.

— Ну, благодарить будешь? — повернувшись ко мне, Энцо прикасается кончиком указательного пальца к своей нижней губе. Я застываю, не понимая его. — Или ты шубку хотела?

— Это мне? — показываю ему коробочку, впервые обратив внимание на то, что коробочка-то не простая, а дорогущая.

— Тебе дорогая, — сам чмокает меня в уголок губ.

И пока я шлёпаю этими самыми губами, Энцо трогается с места.

А я понимаю, что хочу во Францию. С ним. После такого-то подарка…Нет, не из-за подарка, конечно, но я об этом стараюсь не думать.

Не знала, что у него родители во Франции живут. Да и откуда собственно мне это знать? Да и зачем? Курортный ведь роман тем и хорош…