Мой взгляд против воли приковывается к его красивому лицу. Скользит по обтянутой светлой рубашкой груди… Кончики пальцев покалывать начинает, когда представляю, как провожу по его обнаженной коже этими самыми пальцами. Стоп! На нём была другая рубашка…

И брюки на нём были другие…— зависаю взглядом на его штанах. И от усилий, которые прикладываю, чтобы схватиться за едва уловимую ниточку воспоминаний, прикусываю губу.

— Пойдём, дорогая, я тебе дома всё покажу, не надо на улице…у нас же Папа, — усмехаясь, говорит Энцо.

Сволочь!

Но протянутую им руку, беру.

Мраморные полы, широкая лестница, маленький лифт с двумя шумными дверьми, его шумное дыхание в замкнутом пространстве и взгляд прикованный к моему лицу.

Сердце горячо частит. Никогда в жизни ещё ничего подобного не испытывала ни к кому. И плевать уже на всё, что кажется, всё-равно головушка моя бедовая ничего вспомнить не может.

— Проходи, — открывает он передо мной дверь, легко коснувшись моей спины рукой.

Я делаю несколько несмелых шагов внутрь.

— Обувь можешь не снимать, — заходит следом, — пойдём я покажу тебе спальню. — Заводит меня в комнату с одной большой кроватью. — Ванная там, — показывает на дверь. — Располагайся пока, я сейчас…— ставит мой чемодан и выходит.

И что делать-то теперь? От волнения начинает потряхивать.

Обвожу взглядом комнату. Она самая обычная. Большая кровать, две тумбочки, комод, шкаф, у окна два кресла с маленьким столиком. И… форменная рубашка на спинке кресла…

Это меняет дело, а то я уже испугалась, решив, что он меня заселил в комнату для гостей.

Скидываю с ног кеды. Все-таки эта привычка их ходить по дому в обуви — она непривычна для нас, особенно летом, когда мраморные полы так приятно холодят ступни. Зимой, конечно, всё немного по-другому. Иногда хочется валенки натянуть, была у меня однажды зимняя поездка, чуть не окочурилась. Не знала тогда, что можно было попросить прибавить температуру.

Взгляд цепляет на комоде кажущуюся до боли знакомой коробочку. Да неужели?!

Подлетаю к комоду. Так и есть — помятая в неравной схватке упаковка презервативов, которую я ему подарила. Двенадцать штук.

Упаковка из трёх штук — для старшеклассников: пятница, суббота, воскресенье.

Шесть штук — для студентов: два для пятницы, два для субботы, два для воскресенья.

Двенадцать — для женатых: январь, февраль и далее по списку…

Милка по-видимому рассчитывала по одному на каждый день отпуска. Не маловато для неё?

Подрагивающими пальцами пытаюсь открыть коробочку, чтобы пересчитать количество. Он тут не попользовался случаем халявными презервативами без меня? Коробка мятая, просто так они из неё не вываливаются. Встряхиваю…