Интересно, у них тоже приходят оповещения о списании денег? Приходят, конечно.

— На, — Лерка суёт мне в руку смятую пятисотку, — положи ему в зад пока эти, потом остальные отдам.

— Как я ему положу?! И дело же ведь не в этом…— продолжаю возмущаться я, но пятисотку беру.

— Отдашь налом, но я бы на твоём месте не отдавала…не должна невеста отчитываться перед женихом о своих расходах.

Я закатываю глаза. Рассказала на свою голову…Блин.

— Что-то кушать девочки хочется… — сладким голосочком тянет Милка, так и стоящая между нами, чтобы мы не подрались. Животик поглаживает. — Может это, присядем, съедим чего-нибудь, а то до вечера долго ещё, я не вытерплю…

Мы с Леркой замолкаем враз, на неё обе смотрим.

И то ли время пришло, то ли нервное перенапряжение последних минут так сработало, в животе у меня вдруг громко заурчало.

Начинаем одновременно крутить головами, выискивая недорогую закусочную для своих потрёпанных шопингом кошельков.

— О, шаурмичная! — восклицает радостно Лерка тыча пальцем в уличный фургончик и чешет прямиком в его сторону.

— Ле-ер! — орём с Милкой хором, — фу, ка-ка!

Но Лерка не обращает на нас внимания, вовсю уже стоит и обсуждает с улыбающимся молодым мужчиной характерной внешности наполнение своей шаурмы.

Махнув на неё рукой, идём с Милкой в бар напротив. Берём по куску кальцоне с ветчиной и сыром, да по бокалу домашнего вина. Присаживаемся за свободный столик на улице.

— Привет, рагацци, — подходит к нам Лерка, с огромной шаурмой в руке.

— Ragazze, — автоматически поправляю её. (ragazzi - парни, ragazze - девушки, прим. автора).

На что она делает: “Пфф” — берёт свободный стул и подсаживается к нам.

— В приличные места со своей едой не ходят, иди вон… — кивает ей Милка на бордюр где сидит кучка греющихся на солнышке неформалов.

— Ой, я сейчас вина возьму и тоже буду приличной, — не теряется Лерка, щелчком пальцев подзывая к себе официанта.

— Не боишься, что дристун нападёт на тебя после уличной какашки? — продолжает подначивать её Милка.

— От шаурмы? Да ни в жисть! Достали уже ваши макароны с пиццами, хоть пожрать нормально, — говорит Лерка и демонстративно откусывает от своей шаурмы огромный кусок.

— Фу, да ещё с луком, — не отстаёт от неё Милка. — Как целоваться сегодня будешь, луковая женщина?

Лерка на мгновение замирает, а потом начинает выковыривать из своего брикета лук и складывает это всё на Милкину тарелку.

— Ты обалдела совсем?! — возмущается Милка.

— Да ты съела уже всё, не быкуй… — отмахивается от неё Лерка и просит себе ещё винца.

Милка морщится недовольно, но с винцом её поддерживает.