— Пошли, мужики. Дальше, не для наших мозгов дела.

Дружно заулыбавшись, вся смена не спеша, покинула помещение буровой. Проводив их задумчивым взглядом, Васенков тяжело вздохнул и, подойдя к большому железному шкафу, принялся отпирать замок. Достав их него длинный контейнер, он ловко прицепил его к тросу и, вставив в скважину, подошёл к пульту управления подъёмником. Обведя собравшихся внимательным взглядом, Васенков сделал глубокий вздох и, улыбнувшись, тихо сказал:

— Ну, с богом, — и решительно нажал кнопку.

От волнения и напряжения, улыбка вышла натянутой, но никто из собравшихся этого не заметил. Это был особенный, можно сказать, исторический момент, который вполне заслуживал того, чтобы его отметить. Мощный электромотор не громко заурчал, приводя в движение барабан, на который был намотан тонкий трос. Вообще, все работы на буровой проводились только при помощи электричества. Дизельная электростанция находилась на поверхности ледника, и от неё, вниз, в помещение буровой был, протянут кабель.

Сама буровая была оборудована в глубине ледяной шапки южного полюса, и если на поверхности, температура периодически опускалась ниже отметки в минус пятьдесят градусов, то в глубинных галереях она постоянно держалась на отметке в минус пятнадцать. Система искусственной вентиляции позволяла поддерживать температурный режим на нужном уровне, во избежание ненужного подтаивания ледника. Провалиться в ледяную воду никто не хотел. Галерея была вырублена в толще льда на глубине пятнадцати метров. Поэтому, все работавшие на бурении были вынуждены ходить только в тёплой одежде, при этом, иногда очень напоминая настоящих колобков.

Спустя сорок минут, оборудованная системой автоматического отключения подача троса отключила мотор, и Васенков, в наступившей тишине, принялся тихо отсчитывать положенные для заполнения контейнера пятнадцать секунд. После цифры ноль, он снова вздохнул, и нажал на кнопку подъёма. Мотор снова загудел, медленно сматывая трос. Косясь на медленно перемещающийся по направляющим тросоукладчик, профессор с замиранием сердца ждал результата добычи пробы.

Обнаружить посреди ледяного безмолвия, в толще антарктических льдов пресноводное озеро, граничило с фантастикой. Именно им, предстояло сделать эту фантастику, реальностью. Ждать было невыносимо, но ничего другого им не светило. Наконец, концевик тихо щёлкнул, отключая подачу питания, и все собравшиеся дружно уставились на мокро поблёскивающий контейнер, плавно покачивавшийся над скважиной.

Решительно шагнув к контейнеру, Васенков не удержался и, коснувшись пальцем стекавшей по стенке контейнера капли, сунул его в рот.