— Нормально так, — удивился Акимыч. — Да я бы тогда на их месте просто учился бы всему — вообще!

— Хм… — знаешь, в реальности ты тоже можешь учиться — всему. Что ж ты тогда Моцарта на рояле не играешь?

— Я на гитаре немножко могу. Не то, чтобы прямо Моцарта, но…

— Неписю учиться тяжелее, чем нам, особенно если у него таланта не окажется. — Так, непись, не делай мне тут лицо, вот, возьми пятьдесят золотых и иди на Госпитальную площадь, обучайся малому исцелению.

— Вообще я умею немножко лечить, — сказала Сиводушка.

— Да? — Ева взяла нож и как делать нечего резанула себя по пальцу. — Давай, лечи!

Сиводушка улыбнулась, пожала плечиками, потом подошла к Еве, взяла пораненный палец и нежно лизнула его розовым язычком, глядя Еве в глаза.

— Ясно… нет, меня ты лечить не будешь. Начинаю понимать, откуда у друидов их принципы целительства позаимствованы. Акимыч, ты сейчас выходишь на улицу и начинаешь бегать — например, до берега и обратно вверх. Лукась когда возвращается с Госпитальной — присоединяется к тебе. Пока хотя бы по двадцати у обоих в скорости и беге не увижу — не будет вам покоя. Если на фарме на вас повиснут мобы — вам нужно будет драпать кругами, пока я их с вас не сниму. Непись, прекрати ныть! Я на тебя буду вешать сферу неуязвимости: ты гарантированно не сдохнешь, при смертельном уроне — пять минут полной неуязвимости, успеешь смыться. Правда, после срабатывания у нее откат три дня, так что сфера — не повод расслабляться. Нимис, ты бегать без силы толком все равно не сможешь — отправляйся ловить рыбу и зарабатывать деньги, про твой класс я все изучу, что есть. Ну, что стоим? Приступаем к выполнению заданий! Лиса! Сидеть дома и не высовываться!

* * *

Я боялся, что денег не хватит, но в конторе выяснилось, что гребца без лодки, на свой транспорт можно нанять всего за десять золотых на шесть часов. Десять золотых я как-то наскреб, объединив усилия банка и кошелька на шее, и после того, как я высыпал на стойку последнюю пригоршню медяков и серебрушек, я получил в распоряжение Гуса — флегматичного неразговорчивого дылду в вязаной фуфайке и широченном непромокаемом комбинезоне.

Приняв у меня пати и выслушав пожелания попасть в зону, где можно ловить рыбу высоких уровней, он взялся за весла и принялся грести с размеренностью парового двигателя. Мантис уже давно скрылся, а Гус все греб и греб — лишь через час он поднял весла, закрепил их, бросил якорь, удалился на корму и закурил большую черную трубку.

Первой же пойманной мною рыбой оказался белый гафурфан, похожий на обесцвеченный лимон с глазами. Я заменил мясо на одном крючке тестом и и следующие полчаса таскал вполне обычную золотую макрель, которой в списке Зилки не значилось, но потом на тесто клюнул шипящий комок щупалец, глаз и клювов, который в списке значился как «будель-будель не спаривающийся». Повертев комок в руках и не обнаружив никаких признаков спаривания, кинул его в инвентарь и продолжил ловитву.