— Давай на аукцион сходим, я новую куплю!

— Купи тогда что получше — побыстрее и места для грузов чтобы побольше. Я, если что, могу и с баркасом, и с кочем управиться.

Я подумал, что Гус прав, и приобрел за пятьсот золотых подержанный гребной баркас. Сам я, конечно, его и от причала не отведу — баркас требовал аж двадцать мореходства, но у меня теперь же есть Гус! Так, а почему я, спрашивается, не могу свиток лодки из «транспорта» вынуть и вместо него свиток баркаса на панель вставить?

— У тебя сколько мест под водный транспорт?

— Одно, — упавшим голосом сказал я.

— Ну, вот. А лодка — на верфи, не отозванная. И забрать ее теперь не заберешь, пока не починят.

— Ладно, — сказал я, — возьми, Гус, сам этот свиток и используй его. Потом отдашь.

— Доверчивый ты парень, — сказал, Гус, когда мы вернулись на причал и вызвали баркас. — Со мной тебе повезло, Гус не вор и слово свое держит, но с другими ты так не делай.Я пожал плечами.

— Если всем не верить — жить противно.Только помолившись Нейдону и садясь на баркас, я заметил, что у того уже есть имя. «Вонючка».

— Так баркас же не новый, в свитке написано, что он «видавший виды». Как старый хозяин назвал, так и будет теперь.

Ну, и ладно, бывают и похуже названия. Гус принял меня в команду баркаса — юнгой, конечно, кем еще, грести можно было вдвоем, так что мы помчались к глубоким водам быстрее, чем накануне. И ловили до позднего вечера — русалок больше не попадалось — уж не знаю, радоваться этому или огорчаться, зато я выловил серебряный кувшчинчик джинна и вечером порадовал Зилку, сгрузив ему рыбы на восемьсот с лишним золотых, да еще на сотню потом отнес на рынок в лавку. Не так уж и плохо.

Возвращаясь домой, завернул на пустырь в начале Мышастой улицы — первый дом отгораживался от пустыря железной решеткой с копьями — навершиями, а здесь, наверное, был свободный участок под застройку, но чем-то потенциальным покупателям он не нравился, оттого и зарастал колючими сорняками вперемежку с мусором. Самое место, чтобы джиннов вызывать.

Взрыв оказался такой силы, что я улетел за решетку, и, видимо, от шока, даже не почувствовал особой боли, глядя на окровавленные обрубки вместо обеих ног.

«Вы получили 1 серебро»

«Жадный джинн!»- успел подумать я перед смертью.

Воскрешение прошло ужасно — я обрел плоть и рухнул. Ног у меня не было по колено.

— Травма, да? — сочувственно сказал какой-то игрок, весело выбегавший с освещенного фонариками городского кладбища Мантиса. — Надолго?

— Шесть дней, двадцать три часа, пятьдесят восемь минут, — ответил я, взглянув на дебафф.