— Традиция такая, заранее нельзя, — с умным видом поясняет мне Илья и поворачивается к Сергею.

Наш любитель винтажной одежды передает мне трость, а кепку — Захару.

— Не знаю, парни, как вы, но я, похоже, влюбился! — он едва не прыгает на месте. Может, пытается себя подбодрить, может, в диком восторге.

— Ты бы сперва лицо ее посмотрел, — усмехается Илья. — Вдруг там тихий ужас?

Но Сергея уже не остановить. Он уверенным быстрым шагом направляется к таинственной гонщице, два раза оглядываясь на нас и демонстрируя жестами, что всё ок.

Наш друг подходит к девушке, когда она уже снимает передний номер. Поднявшись во весь рост, незнакомка вытягивает руку в перчатке к шее и быстро машет, мол, без вариантов, даже не пытайся.

Сергей же это игнорирует и все-таки начинает знакомство. Тогда незнакомка раздраженно бросает номер в салон, а затем жестами, будто подметает двумя руками пыль с комода, настоятельно просит Сергея уйти прочь. А судя по его раздосадованному лицу, она еще и говорит ему что-то неприятное.

— Хороша, чертовка, — улыбается Захар, хотя за друга ему обидно.

— Стерва какая-то, — ворчит Сергей, он забирает свою древнюю трость и клетчатую кепку-восьмиклинку обратно.

— Ух, я бы на нее поставил! — причем Илья это говорит явно не про девушку, а про машину. И его можно понять: японское авто впечатляет.

Я же, имея некоторое понимание, серьезно говорю парням:

— Ни черта вы не понимаете, — дружелюбно улыбаюсь, — знакомиться надо после гонки, когда она займет призовое место, и желательно, с букетом цветов.

— Хм, а это идея, — задумывается Сергей.

Глухой рокот, переходящий в рык, разрывает вечернюю тишину — на парковку врываются другие гоночные машины. Первая — огненно-оранжевый «Стриж», с широким спойлером и языками пламени по бокам. Резина визжит, когда водитель резко тормозит, слегка развернув корпус авто в контролируемом заносе.

Следом за ним, с турбинным воем, подкатывает бирюзовая «Чайка», её низкий обвес едва не царапает асфальта, а выхлопы хлопают, как выстрелы. Водитель паркуется и глушит авто, мотор нехотя затихает.

Очередная машина въезжает на парковку с визгом покрышек. Это черный угловатый «ТАЗ» кроссовер. Его кастомный глушитель издает хриплый бас, от которого дрожит в груди.

После появляется серебристое авто от бренда «Берлинская автомобильная мануфактура». «БАМ» крутится на месте, дым от горячей резины окутывает колеса, прежде чем она резко встает ровно, заняв свободное место.

Затем приезжают другие различные авто, одна краше другой, каждое будто пытается перекричать остальных. Парковка превращается в выставку. Стальные дорожные хищники, еще минуту назад рычащие и яростные, тихо нежатся под солнцем.