— ЧТО⁈

— Я солгал.

— ДА О ЧËМ ТЫ НАХРЕН⁈

— Никакого предложения на самом деле не было. Мне нужно было отвлечь твоё внимание и… заодно его, — кивнул я на обезглавленный.

— КАКОГО?!! — закипал он от злости, пыхтя и скрипя зубами, смотря на меня, при этом не отпуская руки от ноги. — СУКА! БЛЯТЬ! ЕБУЧИЕ МОРИ! ЕБУЧИЕ АРИСТОКРАТЫ! БЛЯ-Я-Я-Я-ЯТЬ!!! НА ХУЙ ВАС! НА ХУЙ ВАС ВСЕХ!!!

— Подними его и неси на плече, — повернув голову к подошедшему Мацуду, приказал я.

Он устало вздохнул, цыкнул, но всё же стал исполнять приказ.

— НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ, ГАНДОН! — отбивался Юн Хао от пытавшегося его поднять Мацуды.

Несколько попыток он пытался с помощью одной только силы исполнить мой приказ и поднять его, но тем не менее время шло, а приказ так и не исполнялся. Мацуда же только сильнее уставал, причём не только от физической нагрузки — нескончаемые крики Юн Хао быстро стали раздражать многих.

И вот, через какое-то время у Мацудо сдали нервы.

Он достал из нагрудной кобуры пистолет, передёрнул ствол и резко поднёс ко рту Юн Хао, который только и успел, что отдёрнуться немного назад, после чего он ему громко выкрикнул:

— РОТ ОТКРОЙ!

Тот в ответ на это стал лишь отползать и, задрожав, закачал головой из стороны в сторону.

— ОТКРОЙ, БЛЯТЬ, РОТ, А ТО Я ПРЯМО СЕЙЧАС К ХУЯМ ВСЕ ТВОИ ЗУБЫ ВЫБЬЮ!

И уже это подействовало: он, нехотя, мандража и чуть ли не плача, всё же открыл рот и разжал зубы. Стоило этому произойти, как ствол пистолета сразу же оказался в его рту.

— Если, блять, хоть раз дёрнешься, я обещаю: я забью на всё хуй и ёбну тебя! И мне будет совершенно похуй, что потом сделают со мной! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ⁈

Юн Хао сразу же закивал, пускай ему это и давалось с трудом из-за торчащего во рту пистолета.

— Поднимайся!

И он начал подниматься. Сделать это было крайне трудно из-за простреленной ноги, однако с помощью рук у него это всё же вышло, и через некоторое время он, очевидно, испытывая сильную боль, всё же стоял на ногах, пока из его глаз текли первые слёзы.

— Руку мне на плечо клади! — всё ещё не вынимая из его рта пистолет, крикнул ему прямо в ухо Мацуда.

Он положил ему руку на плечо, и тем самым Мацуда завершил данный ему приказ, впоследствии посмотрев на меня, спрашивая взглядом: «Что дальше?».

— За мной, — приказал я, развернувшись и в последний раз окинув своих людей взглядом, направился медленным шагом в сторону особняка.

Следом же за мной, чуть правее меня, в своём обычном темпе пошла Мияко, а слева куда в более медленном темпе пошёл Мацуда, несущий при этом на своём плече стонущего и плачущего от боли и досады Юн Хао.