Поскольку наследник Сана оставался неизвестным, и была реальная опасность того, что голодный демон нападёт на город, к Адриану вернулись давно забытые ощущения. Не страх, но волнение, прилив адреналина. Но это ненадолго: опасности, способной вдохновить его, пока не было.

Поднос, стоящий на шаткой стопке книг, осветился. Возник кристаллин, и конструкция зашаталась. Адриан не обратил внимания на сообщение коллеги. Уже несколько дней Бартелеми, глава местной самообороны, собирал всю информацию о демонических излучениях, которую удалось обнаружить.

Адриан записал свои размышления на кристаллин, сделал копии и послал одну, убрав всё сомнительное, в бригаду. Может быть, его сослуживцы найдут какие-нибудь варианты, стоящие рассмотрения. Поколебавшись, он отправил ещё одну копию матери. В своих расследованиях она не продвинулась, так что это её немного успокоит. На данный момент было единственное предположение: второй проклятый – родственник Элизабет. Но никаких оснований связывать их с Натаниэлем не было.

Адриан вышел из кабинета, решив заняться своей гостьей – проверить её уровень демонической магии.

Получив предложение Каме’льяллы, Элизабет немного успокоилась, по крайней мере, перестала заливаться слезами, и граф решил, что можно возобновить опыты с её аурой. Если незаметно применить заклинание, можно оценить происходящие изменения.

Но сначала нужно убедить Маргарет: его изыскания обоснованы. Она не желала оставлять их наедине, торжественно заявляя о необходимости соблюдать приличия. На самом деле это была предосторожность: Маргарет опасалась, что Адриан проведёт опыт скрытно.

Она прекрасно справлялась с повседневными обязанностями, но ей не хватало смелости. Именно поэтому на её кандидатуре так настаивала мать: Маргарет была идеальной компаньонкой.

Адриан увидел обеих в гостиной в обществе дамы Эстельяк, семейной портнихи. Элизабет явно чувствовала себя неловко, а Маргарет смотрела скептически. Дама Эстельяк создала прекрасное платье, хотя и слишком строгое на вкус Адриана. Фиолетовый цвет был очень к лицу девушке, выгодно подчёркивая смуглоту её кожи. На плечах и на юбке платье было отделано чёрными с серебром кружевами. В тёмных волосах Элизабет, собранных в пышную причёску, сверкали украшения.

Когда Элизабет повернулась, граф понял, что её напрягает. Вырез платья открывал демонскую метку. Даже Адриан, не особо озабоченный приличиями, посчитал это перебором. Он покосился на Маргарет, погружённую в размышления.

– Можно бы прикрыть кружевами. Тогда будет незаметно…

Девушка жалобно взглянула на Адриана, но он предпочёл этого не заметить. Решив, что сейчас неподходящий момент торговаться с Маргарет, он ускользнул в кухню. Курочка в духовке ожидала скорого завтрака. Адриан, прежде редко покидавший свои комнаты, теперь с удовольствием околачивался в кухне, когда там хозяйничала Элизабет.