— Ты меня за выжившую из ума дуру не держи, Максимка! — нахмурилась старушка. — Я ещё о-го-го!

— Да я и не держу, — пожал я плечами.

— И не держи! — согласилась старая.

— И⁈

— Не было у Коленьки таких друзей. Он вообще никого домой не водил, бобылём жил.

— И баб не водил? — удивился я. — Может, он из этих был, из альтернативных?

— Да не! — помотала головой Илинична. — Коленька нормальный был. А бабы… Была у него одна постоянная, но они расстались два месяца назад.

— Хм… — задумчиво протянул я, размышляя, что делать.

— А ты зайди сам и глянь! Чего мы тут ноги оттаптываем зря?

— Нельзя мне без понятых. Да и повода особого нет…

— Ох ты! А ты слышал, кто-то там о помощи кричит⁈ — уверенно закивала старая головой и расширила в ужасе глаза.

— Нет, не слышал.

— А я слышала! Заходи давай! Теперь можна́.

— Ох, и хитрая ты, София Илинична! — пожурил я старушку.

— А то! Я же дитя Миллениума, мы все такие хитрые были. Это вы сейчас простые пошли, как говорила моя бабка — как три советских копейки.

— Ладно. Помолчите… пожалуйста. Зайду я туда, зайду…

— А пушка у тебя есть?

— Пушка? — удивился я.

— Ну этот, пистолет. Или хотя бы шокер.

— Нет. Мне пока не положено табельное оружие.

— Ох, Максимка. Бедовый ты парень! У меня есть! — Илинична гордо достала откуда-то из карманов маленький чёрный предмет с двумя острыми иглами на конце и дважды щелкнула на кнопку, с громким треском пропустив между иголок яркую электрическую дугу разряда. — Давай, заходи внутрь, хватит лясы точить! Я прикрою.

— Стойте здесь. Не нужно меня прикрывать, — строго приказал я.

— Да как скажешь, командир, — легко согласилась она и воровато глянула вверх и вниз лестничного пролёта.

— Я серьёзно! — на всякий случай гыркнул я на ней. — Стойте…

— Да поняла я, поняла. Стою на шухере. В смысле, на месте и никуда не рыпаюсь.

Я молча кивнул и осторожно потянул за входную ручку тяжёлой двери.

Квартира. Обычная старая сталинка. Богатая сталинка — как здесь и принято. Два этажа, резная лестница на входе, несколько просторных комнат… Столовая, прихожая, гостиная, комната с секс-игрушками… Да уж… А вот и спальня. Светлая белая комната, свет, льющийся из окна, и хозяин квартиры. Видимо, хозяин. Теперь уже бывший.

Ну да, так она меня и послушалась! Старушка занырнула в комнату раньше меня, больно ткнув локтем в бок, и растерянно остановилась прям напротив большой кровати с лежащим на ней Коленькой.

— София Илинична! — попытался одёрнуть я её, но было уже поздно.

— Ох ты ж батюшки! — пробормотала старушка и вынырнула из спальни так же быстро, как секунду назад и ворвалась. — Это же соседушка мой, Максик. Он живой?