— Да я переживу, — вполне серьёзно отозвался я.
Петра-то от меня никуда не денется, а терпеть капризы этих девчонок я не собираюсь.
— Ну, вот как раз в этом и дело! — аж вскочила на ноги Изольда. — Вон, Обухов с Паниным на меня две недели слюни пускали, а стоило чуть подразнить, как сразу терялись и мямлили. И гулей перепугались до мокрых штанов. А ты не такой! Ты… Ты…
Она обежала стол, ухватила меня за руку и потянула с такой силой, что я чуть не свалился.
— Всё, идём в мою комнату, — потребовала она. — А то ещё немного, и я прямо тут на столе лягу.
— Лечь-то ты можешь, а вот дальше всё от Демьяна зависит, — хихикнула Троекурова.
Изольда чуть ли не зарычала, продолжая тянуть меня за руку. Перевозбудилась девчонка, причём, практически на ровном месте. Ладно бы мы тут похабничали, так ведь просто беседовали за обедом.
Я не стал упираться и встал, прихватив пакет с шаурмой. А то оставишь этим обжорам, к ужину половины не досчитаешься.
— Вы с нами? — поинтересовался я. — Ну, в смысле, в общагу.
— Да хоть в комнату, — решительно махнула рукой Изольда. — Только, чур, я первая.
— В комнату — в другой раз, — отмёл я это заманчивое предложение.
Не всё сразу. С двумя получилось нормально, но они подруги и заранее морально к этому подготовились. А вот так, импровизированно, да ещё в первый раз… Нет, не сейчас. Может, когда-нибудь потом. Уж если вдруг к вечеру избыток сил у меня останется, сам схожу к Троекуровой и Вежлевой в гости. Да и Петру не стоит отодвигать на задний план. Но сегодня мне лучше поберечь силы и выспаться, перед завтрашним спаррингом. Но с одной Изольдой не переутомлюсь.
Глава 25 О, как жаль, но всему виною мечты
—О, как жаль, но всему виною мечты, мечты, мечты , — пропел я, едва продрав глаза и оглядевшись.
— Чё это тебе там жаль? — проворчала лежащая справа Троекурова.
Изольда слева просто всхрапнула. Я кое-как выбрался из их объятий, умудрившись даже Изольду не разбудить. Ну, Троекурова сама проснулась, а с остальными я не соприкасался. Раз, два… Да, все пять здесь.
Я быстренько оделся, прошёл к окну, открыл его и закурил, припоминая, что вчера было то. И главное — чья ж была идея притащить свободную кровать из комнаты Вяземской в комнату к Троекуровой⁈ Точно не моя. И тащил тоже не я. Девчонки сами справились. И вот из трёх сдвинутых кроватей сварганили широкое ложе, поперёк которого мы все вшестером и разлеглись спать.
Судя по тому, что проснулся я в трусах, всё-таки только спать. Господи, а ведь даже закупиться пивом по пути было не моей инициативой! Хотя пил-то я его сам, никто не заставлял. Но теперь я себя за это однозначно осуждаю!