Служанка зачем-то неловко поклонилась, словно голос и внешний вид Лораса повлиял на её рассудок и заставил забыться в каком месте она находилась. Это же обычная таверна, тут не принято кланяться.

— Знаешь почему я так ответил, Алексиар? — спросил меня Лорас, отломав кусочек сыра, а затем сразу же сам ответил. — Потому что лесть хоть и является ложью, но куда важнее не этот факт, а намерение с котором говорилась лесть. И в данном случае служанка хотела лишь сделать приятно мне. Разве в этом есть что-то плохое?

— Я не винил тебя в сочинении песен, лишь попросил не увлекаться. Всё, закроем эту тему.

— Ладно-ладно, как скажешь… — с грустью произнёс Лорас, которому очень хотелось поспорить и продемонстрировать свою эрудированность, однако всё это я купировал краткими и однозначными ответами. — Ты напоминаешь мне одного паладина из старых басен. Хочешь расскажу какого?

— Нет.

— В святых землях во времена Святых Войн возвысился один простой смертный. Он был прямолинеен, упорен, суров и довольно жесток. В нём не было изобретательности, стратегическим гением он не являлся, так ещё и особой верой в Ароса не отличался, что и заставило его в конечном итоге отвернуться от большинства богов и культа Ароса в широком понимании.

— Ты сказал, что он был паладином. Как он мог являться им, если отвернулся от культа Ароса?

— Он отвернулся от культа, но не от Ароса. Ведь в светлом пантеоне хватает богов, в том числе и тех, кого на первый взгляд никак нельзя назвать светлым божеством.

— Радикальный паладин, продавший душу демону?

— Нет, никому душу он не продавал. Просто его бесила напыщенность и звенящая роскошь золотых храмов. Он никогда не носил белого плаща и якшался с простой солдатнёй, грубой, вечно пьющей кагор и ломающей хребты врагам Ароса.

— И чем я на него похож?

— Тем, что не называешь себя героем, ведёшь себя грубо, дерзко, порой как… как быдло, однако при всём этом делаешь больше, чем все эти пафосные маги.

— Я тоже маг.

— Я про тех, кто учится в школах и которых уже там учат тому, что просты смертные подобны скоту. Ведь простой смертный человек ближе к обезьяне по уровню развития, чем к магу, — с презрением в голосе говорил Лорас, который может и обладал ослепительной внешностью, но для магов он всё равно считался скотом и это задевало его самолюбие.

— О боги, сколько же у тебя комплексов, Лорас?

— У меня нет комплексов, я вхожу в два процента умнейших людей этого мира.

— И поэтому сидишь тут и ноешь? Тебя какой-то маг обидел?

— Нет, просто…

— Просто хватит называть простых людей быдлом, лицемерить и врать самому себе. Задрал меня уже.