— Вижу.

— Значит половина дела уже сделана.

Как оказалось в магии нет ничего сложного. Вернее, самые простые манипуляции можно проводить и без особых знаний, ведь ментальное тело сродни дополнительному органу. И этот орган функционирует также, как и печень, без нашего личного контроля.

Поэтому и мне нужно было лишь нащупать участок подсознания, привыкнуть и начать пользоваться, также как я это делаю с ногами, с руками, с дыханием. И вот уже крыша загорелась, а бандиты на ней, матерясь, начали спускаться.

Я же спустился с пары этажей и затем выбрался через окно с помощью тряпичной верёвки, таким образом выбравшись с той стороны дома, которая вела в переулок, а не на главную улицу. Те бандиты, что были на улице почувствовали, что их товарищи либо мертвы, либо потеряли сознание и пошли на штурм. Ну я уже устремился к их базе, прямо в смердящий переулок.

— О, парни, вы… — как только я открыл дверь, то меня окликнул ещё один бандит.

Глупец видимо принял меня за своих дружков, но когда он вышел в проход, то всё понял. Только поздно, ведь остриём меча я пронзил горло, а затем спокойно вынул лезвие, стряхнув кровь.

— Нужно действовать быстро, одного не хватает, — Алексиар продолжал давать советы. — Он, наверное, побежал за своими дружками. Скоро сюда нагрянет толпа.

— Твою-ю-ю мать… — протянул я и остановился на очередном повороте.

База преступников была не очень большой, но поворотов и комнат здесь хватало. И вот вдруг я увидел то, что меня очень удивило и даже чуть-чуть задело.

— Что? Что случилось? — тут же встрепыхнулся Алексиар, начав изучать магическим зрением комнату.

— Тут же клетки с людьми.

— А-а-а, ты про это? Это не люди уже, а товар, рабы. В твоём мире не было рабства?

— К несчастью, было и я… я знаю, что это такое.

— Был рабом?

— Нет-нет. Просто видел, как похищают детей, потом продают на органы. Ещё у нас воровали девушек и увозили на восток, в рабство. Клейма не ставили, просто документы забирали, запирали и заставляли… Срань, их нужно выпустить.

— Ну ладно, выпускай. Мне в принципе плевать. Одни рабом больше, одним меньше. Систему ты не сломаешь, но если тебе будет так легче жить, то валяй.

— Не сломаю, но у меня всё же ещё не сдохла совесть, — скривившись ответил я, уже найдя ключи от клеток.

— Повезло. Нет, это без сарказма. Серьёзно, я тебе даже завидую. У меня вот совесть уже давно сдохла, как и сострадание. Да и сам я… того… вся жизнь вокруг мести вертится.

— Сука, а где наша охрана⁈ — вдруг на входе в подвальную базу раздался рык.

— Дерьмо. Что же, друг, не могу сдержаться, поэтому замечу, что если бы не твоя мягкотелость и наивность, то мы бы сейчас не оказались в ловушке.