Тот маг земли, который меня пропустил, этим и занимался, иногда пропуская тех, кого бы следовало отсеять. Правда на бюджетное место они скорее всего претендовать не будут. Но зато они смогут отличиться и получить какие-то привилегии, как например индивидуальные занятия с наставником, который наблюдая за ними сочтёт их достойными своего времени.

— ДА КТО ТЫ МАТЬ ЕГО ТАКОЙ⁈ — вдруг из центра арены раздался крик, а затем раздался хлопок и наступила тишина.

Я даже бутылку из рук выронил. Мне казалось битва будет продолжаться без конца, но победитель определился куда раньше. И с одной стороны мне хотелось посмотреть на него, а с другой почувствовал взгляд.

— Выходи, остались только мы с тобой, — раздался голос потенциально сильнейшего мага на сегодняшних отборочных.

И я вышел, после чего увидел такого же молодого юношу, как и все здесь. Однако только по одному взгляду мне стало предельно понятно, что пусть человек передо мной и выглядит на двадцать пять, но на деле его возраст явно был куда больше. Возможно он старше меня или даже встречает свой второй, третий… пятый век? Трудно сказать точно.

— Как тебя зовут? — спросил я, выходя из-за обломка, чтобы вопросом выиграть себе больше времени.

— Харольд.

Магический фон вокруг Харольда был настолько силён, что мне пришлось приложить некоторые усилия, дабы разглядеть детали его внешности. Лучи света то и дело преломлялись, воздух рябил из-за высокой температуры над головой Харольда и низкой под его ногами: на земле даже иней появился. В довершение всего волосы на моём теле начали вставать дыбом, будто наэлектролизировались.

Харольд был широк в плечах и высок, мышечный каркас также был хорошо развит. Из-за этого он казался старше, но в то же время лицо такое гладкое, чистое, нет даже намёка на морщинки в уголках глаз. А сами глаза… они наудивление были обычными и не сияли, как и радужка не обладала редким цветом, обычные бледно-голубые глаза. Да вот только в них горел настоящий огонь души, безграничное рвение и желание развиваться плясало в них, будто бы он ещё не утратил тот азарт исследования мира. Он был… живым, по-настоящему живым, а не как большинство смертных, которые словно хомяки в колесе переживают один и тот же день, не надеясь уже что-то изменить.

В остальном что ещё можно было сказать о Харольде… белая кожа у него, лицо аристократичное и утончённое, острые скулы и волевой подбородок. При виде такого человека хотелось сказать что-то вроде «о, его бы я сделал каким-нибудь воеводой», ведь при его виде у любого солдата тут же родится уважение. Да-да, я вообще не знал ничего о личности этого человека, но эволюционные механизмы научили мой определять характер по чертам лица. И не стоит думать, что евгеника это что-то из разряда выдумок. Гены человека действительно многое определяют, а наша внешность как раз результат комбинации этих генов.