Сама же дыра стала временной опорой для двух пальцев. А стрелой я уже начал ковырять следующие дырки. Стрела же легко выдерживала мой вес. Магия, не иначе.

— Заряжай разрывную, — раздался голос и я понял, что сложные времена закончились и сейчас будет ещё хуже.

Две секунды и труба взорвалась, вода захлестала водопадом вниз. Лучник же тем временем медленным шагом сменил позицию, на ходу натянул лук и уже хотел выстрелить как вдруг опустил лук.

— Ну и где он?

— Да ну… в трубе что ли?

— Там же давление не хилое. Мне кажется его бы смыло.

— Тебеказалось что его и рунические кандалы удержат.

А я в это время уже поднимался всё выше. Всё моё тело покрылось огнём, вода в миг испарялось и давление росло ещё быстрее. Но поток огня был направлен вверх, так что где-то там и случился взрыв. Вентиль на поверхности вылетел, труба начала трескаться и затем разорвалась, после чего наружу выскочил я, грязный, уставший с вывихнутыми пальцами и стрелой в руке.

— Упорности тебе не занимать, — ухмыльнулся неизвестный похититель рядом с лучником, попутно выхватывая рапиру. — Если сдашься сейчас, то так уж и быть мы тебя пощадим.

В свете моего огня сверкало лезвие благородного оружия. В это трудно поверить, но клинок будто бы пел, рассекая воздух. Зачарованный металл рассказывал целую историю о сотнях поверженных врагов. Слияние носителя и магического оружия в этом случае достигало пика. А значит и опыта в мастерстве фехтования похитителю не занимать.

— Да, я проделал весь этот путь, чтобы сдаться, — иронично и с сарказмом произнёс я, делая шаг вперёд.

Пламя бросилось потоком к моему врагу. Затем полетела стрела, которая должна была отвлечь внимание. Оружия у меня нет, но если удастся сблизиться и повалить гада, то от его меча тоже толку не будет. Вряд ли мечники этого мира практиковались в единоборствах.

И раздался звон. Одним лёгким движением мечник рассёк своей рапирой воздух и отбил стрелу. Пламя же его обогнуло, ведь мой противник являлся опытным магом. Концентрация магической энергии вокруг него увеличилась, а Алексиар начал жаловаться на то, что раньше был сильнее. Но лично для меня не существовало никакого раньше. Было только «сейчас», от которого зависело «потом».

— Слишком медленно, — раздался шёпот, но звучали слова не в физическом мире, а в мире эмоций и чувств.

Раньше я слышал там лишь голос Алексиара и из-за чужого присутствия в нём меня пробил холод. Мне стало казаться что я сражаюсь не с человеком, а с существом которое находится на несколько ступеней развития впереди. Но чем отчаяннее становилось положение, тем рьянее и безумнее я начинал действовать.