Застёжка браслета чересчур громко щёлкнула, едва граф надел его себе на руку, и Данилов ощутил неприятно-холодное касание метала о кожу. Хотя больше казалось, что сейчас у него на руке не поделка из железа, а неживая тварь, готовая вцепиться своими клыками в его плоть в любое мгновение.

Поправив украшение так, чтобы его не было видно из-под рукава рубашки, Виктор Михайлович аккуратно сложил один из бланков с результатами теста в карман брюк и вышел из кабинета. Оттягивать неизбежное было уже невозможно.

— Отец, ты как себя чувствуешь? — при появлении Данилова-старшего Геннадий подскочил из-за стола, за которым уже сидели остальные члены их небольшой семьи, и быстрым шагом направился к отцу. — Ты что-то совсем неважно выглядишь. Может, за лекарем послать?

— Нормально я выгляжу, — отмахнулся от сына граф и нетвёрдой походкой поковылял к своему месту. — Уж до стола с едой я точно доберусь. Ох, спасибо, малышка…

Виктория, поднявшаяся вслед за Геннадием, отодвинула для дедушки кресло. А потом, когда Данилов-старший уселся, пыхтя, помогла старику его подвинуть.

— Отец, ты уверен, что всё в порядке? — не отступал Геннадий, тоже усаживаясь за стол. — Я же чувствую, что что-то не так.

— Гена, не нагнетай! — в голосе графа прорезались стальные нотки, за что тот мысленно себя начал корить, понимая, что сын лишь проявлял беспокойство. — Прости. Нервы. И лекарь не нужен, меня только утром осматривали. Всё по-прежнему. В моём случае если не хуже, то уже хорошо.

— Но…

— Дорогой, не надо, — Надежда, сидящая справа от мужа, положила на его руку свою. — Не будем это сейчас обсуждать. Тем более в присутствии Виктории…

— Я, между прочим, всё понимаю, немаленькая, — насупилась девочка. — И я уверена, что деда выздоровеет. Папа же обещал, что сможет там с кем-то договориться, чтобы дедушку к знаменитому целителю отправить. Пап, ты уже обо всём договорился?

— Виктория, не лезь в дела взрослых, — недовольно произнесла Надежда, строго глядя на дочь.

— Прости, Вика, но пока не очень получается, — виновато произнёс Геннадий. — Сделка по продаже завода неожиданно застопорилась, потенциальные покупатели почему-то отказались документы согласовывать…

— О, как, — хмыкнул граф, глядя на отпрыска. — А меня ты в известность поставить, видимо, постфактум собирался?

— Естественно, — с неким вызовом произнёс Геннадий. — Ты бы сразу сказал «нет». Ещё и палки в колёса начал бы вставлять, я тебя знаю. А мне твоё здоровье куда дороже любого завода.

— Этот «любой» завод один из ключевых столпов, на которых держится благосостояние нашего рода, — покачал головой Данилов-старший.