Я немного рассказал ей о своей работе, о том, как был вынужден пахать, чтобы заработать на лекарство. Разумеется, многие вещи я сознательно замалчивал или вообще нес полную отсебятину, но похоже, моя новая знакомая этого не замечала. И чем больше я рассказывал, тем ближе она придвигалась. К моменту, когда я подошел к эдакому финалу истории, где в итоге я излечился, девушка уже недвусмысленно жалась ко мне.

Это было странно и немного неожиданно, и приходилось делать над собой нешуточные усилия, чтобы сохранять невозмутимый вид. Да и слова Варвары о том, что я вполне могу покинуть эту вечеринку не один, становились всё более пророческими. И как она только угадала, что все так и случится?

Разумеется, рассказывать Алессии об Игре Короля я не стал, лишь косвенно сказал, что оказался в переплете, связанном с “Буревестниками”, надо же было обосновать знакомство с Чеховой, и что в результате этих событий я стал пробужденным и излечился.

— Какая интересная жизнь у тебя была… — с придыханием произнесла девушка, переживая эту историю вместе со мной.

— Да, не без этого, — согласился я, чувствуя некоторую неловкость в сложившейся ситуации.

То, как Алессия смотрела на меня, какой тон использовала — всё это было уже далеко за пределами обычного флирта, и по правде говоря, тут я даже немного растерялся. Варвара просила проконсультироваться с ней в этом вопросе, но выискивать Чехову, оставляя Алессию, было бы невежливо с моей стороны.

Но в итоге испанка всё решила сделать сама, устав обходиться одними далеко не прозрачными в последние минуты намеками. Прежде, чем я успел ещё что-нибудь сказать, она забралась на мои колени и игриво провела пальцем по моему подбородку, затем подалась вперед и поцеловала. Вначале мягко, словно пробуя меня на вкус, затем настойчивее и призывнее.

И всё же я пытался держать себя в руках. Эта девушка казалась такой маленькой и хрупкой, что с моей сверхчеловеческой силой создавалось ощущение, что одно мое неловкое движение может переломать девушке кости. Но её напор захватывал меня целиком и полностью. Она играючи вскрыла всю мою оборону и могла делать со мной, что заблагорассудится.

Крайне точкой стал момент, когда её рука оказалась у меня в штанах. Поцелуи мне безумно нравились, но это уже переходит в куда более опасный формат, а мы не в каком-нибудь отеле. Людей вокруг я пока не замечал, шум и музыка доносились откуда-то издали, но это вовсе не значит, что никто не может появиться прямо сейчас.

— Погоди, остановись, пожалуйста…

Алееессия отстранилась, а в её темных глазах так и искрились похотливые огоньки желания.