— Тц… — только и оставалось мне недовольно посмотреть на нее.
Глупая девчонка!
— Что ты сделал, Стас? — словно только сейчас Хесио заметил неладное. Он слишком сконцентрировался на том, что я говорю, вместо того, чтобы увидеть, что я делаю. Вот что делает ненависть. Она ослепляет. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?!
Я схватил ближайшую колоду и буквально швырнул Хесио её в лицо.
— Что и обещал. Я сломал твою Игру.
Вниз посыпались карты. Абсолютно пустые карты.
Глава 30
Хесио замер, неверящим взглядом уставившись на меня. В тот миг в нем даже не было ненависти, скорее удивление и искреннее непонимание, что вообще происходит.
Он опустил взгляд, увидев пустые карты, и всё его самомнение в миг испарилось, уступив место… Страху? Неужели он испугался?
— Смотри! — продолжал давить я, подхватив чужую колоду и тоже швырнув её, а затем третью. — Я уничтожил твою игру, Хесио. Никаких пыток! Никаких ставок! Конец игре!
Его всего затрясло. Хесио вскинул руку, нацелившись на меня, и я в тот миг словно ощутил какое-то невидимое воздействие, словно меня окатил порыв ветра, не причинив никакого вреда. Я так и не понял, что он пытался сделать, но скорее всего это не подействовало из-за снятой проклятой метки, ведь с себя я ее снял в первую очередь.
— Ах ты… нахальный щенок! — взревел он, и его взгляд метнулся к девушке-зайке. Единственной, у кого осталась нетронутая колода. — Дай сюда!
Мы с Хесио бросились к ней наперерез. Один из ранкеров, поняв, что ситуация изменилась, и возможно у нас есть шанс, тоже попытался вмешаться, и это стало для него роковой ошибкой. Хесио просто взмахнул рукой, и у мужчины из груди словно кусок вырвали. Будто невидимое пушечное ядро пробило его насквозь.
Хесио ударил женщину, вырывая колоду карт у неё из рук.
— Стоять! — воскликнул он, вытаскивая верхнюю карту и показывая нам её обратную сторону. — Я могу применить её на все ставки разом!
Я замер. До Хесио было буквально пара шагов, но если он применит карту, то пострадает сразу восемь человек. Марцевича в расчет я не беру. Даже если он всё ещё жив с такими ранами, то нет гарантии, что мы успеем его спасти. Лучше пока думать о тех, кто ещё не прочувствовал пытки на себе.
— Да как вы посмели осквернить священную Игру… Нарушить её правила… — прошипел Хесио, и всё же помимо злости теперь в его глазах был страх.
Он, что неожиданно, боялся меня. И этот страх вселял надежду на то, что я действительно могу справиться.
— Просто сдайся. По-твоему не будет, — бросил я ему. — Время твоих игр кончилось.
— Сдаться? Вы всё ещё в моей ловушке. Может вы и подпортили мои планы, но кто сказал, что всё кончилось? Вот вам сделка: убейте этого человека, и будете свободны! — Хесио указал на меня.