На то, чтобы составить общую картину произошедшего, у меня ушло около минуты. Мои оболочки сейчас были в бою, и это не слишком-то сильно располагало к разговору. А вот что было странно, противники явно поняли мою главную слабость — щиты, и стройными рядами штурмовали Бориса с Геннадием. Увы, но без моего личного присутствия использовать трюк с перемещением мои оболочки попросту не могли, этот функционал имелся только у меня, оригинала.

Пришлось экстренно меняться с Борисом и вступать в бой уже лично. Вот только, едва оказавшись на острове, я тут же понял, что одного меня явно будет мало. Уж не знаю, откуда Светляки нашли столько сил, но против нас сейчас выступало по меньшей мере несколько сотен магов. Похоже, мы их действительно разозлили, и ребята решили совершенно не сдерживаться.

Отбиваясь от очередной атаки, на пределе возможностей используя перемещения, я дал команду Аркадию, чтобы тот позвонил моему лучшему телу, которое сейчас занято Борисом. Отступать я был не намерен, так что следовало использовать все доступные мне силы. Сам же разговор транслировался по мысленной связи.

— Прошу прощения, — выслушав постановочные слова Аркадия на случай, если Мангустов способен, как и я, слышать даже столь тихие звуки, Борис обратился к Андрею, — но возникли некоторые затруднения. Мне срочно необходимо вернуться обратно. Это действительно не зависит от меня. Искренне приношу свои извинения! И да, надеюсь, вы таки сможете предоставить любые рукописи за авторством того гения, который создал основу для создания столь уникального артефакта.

— Погодите пару минут! — воскликнул Мангустов, судорожно соображая, что происходит. — Зелье молодости… У меня есть один комплект, я сейчас распоряжусь, его доставят. Я же обещал.

— Да, несколько минут пока есть, — согласился Борис, на что я дал мысленное согласие. — Но поймите меня правильно, у меня форс-мажор. С японцами. Всё сложно, не вникайте.

Пока они ждали слугу на трицикле, прошло минут семь. Борис заметно нервничал, то и дело уточняя, не стоит ли ему поскорее вернуться. Всё же вот так сбегать с поля боя было для него, как и для меня, в некоторой мере унизительно. Пришлось менять его с Василием как раз в момент переброски последнего. Сам Василий такому, конечно, был не сильно рад, но, в отличие от Бориса, решил просто дождаться своей очереди.

По итогу через пять минут он, вежливо поклонившись, попрощался с Андреем и Ахмадом, в то время как Бах перекидывал склянки с зельем в своё хранилище. Я же, получив от Василия сообщение, что всё готово, сразу перебросил сильнейшее тело в самое пекло.