Но особо наговориться не удалось: два дня отведенные мною для отдыха, пролетели быстро.
На утро третьего дня, мы начали погрузку на корабль: нам оставалось около двух суток пути, чтобы вернуться в Максель. Красавица Иока была поселена в мою каюту, судя по взгляду Мала, девушка и ему запала в душу, хотя для него была присмотрена одна из дочерей Картера, которая была примерно ровесницей Иоки. Сара, в отличие от Иоки, была скорее похожа на белых девушек. Густые каштановые волосы, и необычайно светлый цвет кожи для того времени. Мал сам был светлее окружающих, а дети у них вероятно станут еще светлее. Сара была симпатична, со своим немного вздернутым носиком, но Иока убивала наповал. Неудивительно, что взгляд Мала задерживался на будущей жене брата.
Мала женить я планировал осенью, сразу после сбора урожая, совместив свадьбу с праздником Уборки. А свадьба Михи приходилась в аккурат праздник Сева, если мы не задержимся в Берлине.
Мендоса стоически воспринял известие, что пока лошади не привыкнут к людям, ему придется остаться рядом с ними. Пообещав ему вернуться через пару недель после свадьбы сына, я шагнул в шлюпку.
К вечеру второго дня, после отплытия из Берлина, впереди показалась дельта Роны: моя малая кругосветка завершилась, заняв практически пять месяцев.
Трудно описать радость моей семьи, когда мы вернулись с длительного путешествия. За пять месяцев, в Макселе не произошло никакого серьёзного происшествия. Миха показал себя очень рассудительным правителем, решив несколько хозяйственных споров и деликатных ситуаций. Гора бревен, готовых для использования, занимала уже почти триста квадратных метров, возвышаясь на три метра в высоту. Лесорубов даже пришлось перекинуть на другие работы, заготовленных бревен хватало на несколько лет.
Шел третий день Сева, когда мы вернулись: распаханные поля занимали площадь не меньше двухсот гектаров. В мое отсутствие, Миха принял решение вдвое увеличить посевные площади, чтобы ячмень и пшеница были в достатке для каждого Руса. Свадьбу и праздник Сева решили отмечать через три дня: мне надо было приготовить пиво из остатков солода и сварить самогон, чтобы свадьба удалась. Иока была очень хорошо принята моей семьей: все мои жены, включая своевольную Сед, признали, что такой красавицы раньше не видели.
Я не стал тянуть и разрешил молодоженам поселиться в правом крыле дворца, где имелись пустые комнаты. Но запись в нашем местном ЗАГСе, о бракосочетании Михи Серова и Иоки Мендоса, служитель музгара внес, как и подобало. В тот вечер у нас состоялся праздничный семейный ужин, на котором впервые кроме мяса животных, присутствовало мясо птицы. Наши гуси привыкли жить в неволе, и теперь несли яйца регулярно, а не только весной. Поголовье птиц достигло больше сотни с учетом молодняка. Пришлось нанимать еще двух женщин, чтобы вовремя собирали яйца, пух и перья гусей, которыми я собирался набить подушку и одеяло. Жизнь не стояла на месте, пришло время понемногу переходить на блага цивилизации, а не продолжать жить, укрываясь шкурами.