– Почему твой, если работаем над делом мы? – озадаченно нахмурился Громов.

– Мне самому неясно. Возможно, совпадение, – развел руками Эдуард Семенович. – Начал я копать с раннего детства Андрея Юрьевича. Конечно же, нам всем известно, что в их роду от отца к сыну переходит главенство в «Око». Говорят, их предки стояли у самых истоков. Но опустим лирику. Мне оказалось на руку, что Андрей любил роскошь. И у него самого, и у жены, и у сыновей были личные охранники.

– Сыновей? – перебил Громов. – Я думал, у него только один сын – Герман.

– А вот тут начинается самое интересное. В архивных документах организации действительно указано, что у него один сын. Но я через свои связи нашел бывшего охранника жены Андрея Юрьевича. Тот, естественно, давно отошел от дел, лет ему за девяносто. И все же кое-что он мне рассказал.

Эдуард Семенович взял со столика чашку, отпил из нее, смачивая горло. Обвел всех присутствующих взглядом.

– У жены бывшего главы первые роды прошли тяжело, ребенок чуть не умер, но его смогли спасти. Для реабилитации требовались тишина и покой, и Андрей Юрьевич приобрел участок под Питером. Там он выстроил коттедж, где и поселились его жена и сын. Через пять лет женщине удалось забеременеть, хотя врачи утверждали, что детей у них больше не будет. Только эта беременность была очень странной. Из дома удалили всю прислугу, кроме того самого охранника, совмещающего функции водителя, и женщины, работающей уборщицей и поварихой. Съехали из дома и Андрей Юрьевич с Германом, они вернулись в город. В итоге супруга главы осталась практически одна, но муж регулярно приезжал к ней. О беременности никому не сообщили, и роды принимал сам Андрей Юрьевич. Охранник сказал, что на удивление эти роды прошли отлично. Через неделю супруга вернулась в городскую квартиру, причем без ребенка, и больше не приезжала в загородный дом. К сожалению, охранник, который находился постоянно при ней, не знает, что с тем ребенком произошло дальше. Но с тех пор глава частенько пропадал в загородном доме. А как-то раз охранник услышал разговор, что Андрей Юрьевич проводит там какие-то опыты.

Эдуард Семенович замолчал, а Мила и Громов переглянулись.

– Мы нашли на участке скрытую лабораторию, – признался Евгений.

– Но там же все сгорело! – удивился Эдуард Семенович.

– Сгорел сам дом, огонь не перекинулся на беседку и баню. Вот под ней и обнаружилась лаборатория. И, кажется, с того дня, как погиб Андрей Юрьевич, туда никто не заходил.

– Евгений Валерьевич, тот мальчик, – Мила изумленно посмотрела на Громова и прошептала: – Неужели он его сын?