Толстяк окинул взглядом присутствующих и указал на одну из дверей, откуда как раз вышел Герман Андреевич:

– Так вот он. Что-то случилось? Или просто переговорить хотите? – полюбопытствовал он, и в его глазах засветился интерес.

Евгений не ответил на вопрос.

– Вы простите, я отойду.

– Конечно.

Обойдя собеседника, Евгений направился к главе питерского отдела. Герману Андреевичу было за шестьдесят, но выглядел он лет на сорок. В отличие от других глав общества его возраста, он частенько участвовал в расследованиях и в экспедициях вместе со своей командой. Под его началом работало немало умных и успешных специалистов «Око». Многие, выйдя из-под его крыла, возглавили свои группы.

Увидев Громова, Герман Андреевич доброжелательно кивнул. На его губах мелькнула едва заметная улыбка.

– Добрый вечер, – поприветствовал Евгений.

– Здравствуй, Евгений Валерьевич. Не ожидал тебя здесь сегодня увидеть.

«Еще один», – мысленно скривился Громов.

– Честно говоря, я пришел из-за вас, – признался он.

Его собеседник удивленно вскинул брови.

– Вот как? И зачем я тебе понадобился? Мог бы попросить личной встречи. Или на крайний случай позвонить.

Громов кивнул, а мысленно добавил: «Не мог бы. Тебя никогда нет в городе».

– Так что ты хотел? – уточнил Герман Андреевич.

– Поговорить о вашем отце, – огорошил его Громов. – Он же вас с детства натаскивал к делу. – Глава питерского отделения подтверждающе склонил голову. По лицу стало понятно, что он заинтересовался разговором. – Скажите, какова вероятность, что ваш отец действовал в обход организации?

Собеседник нахмурился.

– В каком смысле?

– Он мог что-то скрыть от «Око»? Например, какое-то расследование?

– Я тебя не понимаю, Евгений. Тебе прекрасно известно, что каждое расследование фиксируется в архиве. О чем ты говоришь?

– Я думаю, ваш отец скрыл информацию, не занес ту в систему.

– Это исключено, – ответил Герман Андреевич спокойно, но его глаза выдавали бурю негодования. – Мой отец был честным и порядочным членом общества. Моя семья служила организации с самого начала. Мои предки отдали жизни работе на «Око». В отличие от некоторых, – выплюнул презрительно он. – Ты – самовлюбленный мальчишка, считающий, что ему все позволено, раз его отпустили в свободное плавание. Учти, таких, как ты, быстро сжирают акулы, – Герман Андреевич замолчал, но в окончании фразы ясно читалось: «акулы, подобные мне». – И на будущее: стоит фильтровать свои мысли и слова, а иначе вылетишь из организации как пробка. Я не позволю бросать тень на свою семью.

Глава питерского отделения говорил тихо, без привлечения постороннего внимания, но в его словах явно звучала угроза.