— Ты не заливай, — возмутился Резо, отвлекаясь от шашлыка.

— А я-то чё? Братва говорит, что Артур съехал.

— Пробей-ка всё, Резо, — грубым басом сказал Боцман, отпивая пиво. — Что и как, а то мне кажется — гонево это всё, — он сделал ещё глоток. — А я с этой машиной сегодня провозился. Какой-то лошара малолетний в меня врезался, задок к чертям погнул, дверь заклинило. Ремонт в штукарь зелени обойдётся, а то и больше.

— «Чероки» же, — закивал Пианист. — Заказывать детали из Москвы надо, в области хрен найдёшь.

— Так знаю! Надо было крузака брать, к япошкам проще найти.

— Так пусть лошок и оплачивает, — заметил Резо. — Раз сам накосячил.

— Оплатит, никуда не денется. Он в больничке пока, гы-ы, — Боцман коротко загыгыкал. — Пробей-ка, Пианист, кто его родаки, пусть тачку ту продают и…

Рядом с повреждённым «Чероки» остановилась красная девятка. Оттуда выскочил чем-то встревоженный Шмель, высокий качок, и, даже не закрывая дверь, побежал к столу.

— Боцман! — рявкнул он. — Тебя Кросс ищет! Очень недовольный. Чё трубку не берёшь?

— Чё такое? — Боцман нахмурил брови и проверил телефон, лежащий перед ним на столе.

Опять села батарейка.

— А чтобы ты ему пояснил за этого пацана, — запыхающийся Шмель навис над столом. — Ты сегодня избил сына Артура… ну, неродного… но суть-то одна. Он же предъявит за это!

— Вообще, — Боцман отпил из кружки и громко поставил её на стол. — Пацан сам не прав был, ещё возмущался там, я его и осадил. Во-вторых, не калечил, а просто проучил. И откуда я его знать-то должен? Он на Артура-то и не похож сроду!

— Езжай в казино, — велел Шмель. — Кросс ждёт.

— А ты мне не указывай, не дорос ещё, — пробурчал Боцман. — А вообще, я и Кроссу всё обосную, и Артуру предъявлю, чтобы за пацаном лучше смотрел, — хвастливо произнёс он. — Так что пусть не пыжится, армянин, ещё и за тачку мне должен останется…

— Чё-то какой-то замес недобрый начинается, — произнёс Резо, оглядываясь по сторонам.

Боцман тут же начал оборачиваться. Чёрный крузак встал с одной стороны, оттуда выбрался высоченный Крокодилыч с парой человек, вид у них и вправду был недобрый. Ещё несколько зареченских остановилось у побитой машины самого Боцмана.

А у входа в кафешку остановился красный джип «Шевроле», вскоре оттуда вылез и сам Артур. Улыбка до ушей, как и всегда. Он пошёл в сторону кафе, выставив захваченную из машины биту в сторону прутьев решётчатого забора. Она громко стучала каждый раз, встречаясь с прутом.

— Шашлычная закрыта, — громко объявил Артур, продолжая улыбаться. — Можете идти, уважаемые гости. Вся еда и выпивка за счёт заведения.