— Попробовал? — возмутилась мать. — Ах ты, паршивец! Сто раз говорила: узнаю — убью!

— Он тебя и у бабушки найдет, — заверила парня Ревина. — Может, не сразу, но обязательно, и тогда твоей маме даже утруждаться не придется, все за нее сделают. Н-да. Олег, твое мнение?

— А что тут сделаешь? — ответил юноша. — Сама видишь — его в квартиру даже силком не затащишь. Придется договариваться.

Лена хотела было что-то сказать, но делать этого не стала, выразив свое согласие со словами напарника короткими кивком.

— Ты куда портсигар дел? — спросил Ровнин у подростка. — Надеюсь, он в квартире? Не выкинул сдуру?

— Нет, — просопел тот. — У меня в комнате лежит. Там у стола есть такой уголок, его сразу не увидишь, надо руку внутрь просунуть, и он справа.

С трудом продираясь через нагромождение бессвязных объяснений, Олег все же понял, где именно Артем оборудовал тайник, затем открыл дверь квартиры и переступил ее порог. Елена, чуть помедлив, направилась за ним.

— Он боится, — громко произнес Ровнин, войдя в комнату. — Сильно. Настолько, что в принципе не состоянии заставить себя сюда прийти. Но он все осознал. Я его не защищаю, не оправдываю, не пытаюсь сгладить углы, просто в данный момент страх сильнее, чем желание исправить ошибку. Потому давайте мы сами заберем вашу вещь, а дальше, как договаривались — он прямо сейчас отнесет ее в музей, а после извинится. И не дежурно, чтобы было. Там парень реально все прочувствовал, считайте, что урок ему на всю жизнь преподали.

— Он согласен, — раздался голос Акинфия из кухни. — Забирайте. Но извинения все одно он услышать желает, и если им не поверит, то беда случится.

— Поверит, — хмыкнул юноша. — Говорю же — пробрало этого хоккеиста до самого нутра. Да еще и мать ему, думаю, всыплет будь здоров как, и за то, что ворует, и за то, что курить пробовал. А вечером отец добавит.

— Ну, последнее вряд ли, — усомнилась Ревина. — Уверена, ничего она муженьку не расскажет. Слишком сильно сына любит.

— Материнская любовь — дело такое, — согласился с ней Ерема, выходя из кухни. — Вон там комната его. Налево по коридору.

Из немудрящего, но, заметим, надежного тайника, оборудованного в письменном столе, Олег выгреб кучу всякого добра вроде порножурналов, колоды не менее похабных карт, нескольких видеокассет, в содержании которых сомневаться не приходилось, и ножа-бабочки. Среди всего этого добра обнаружился и простенький портсигар, может, мельхиоровый, может, вообще латунный, на котором были изображены винтовка на фоне пятиконечной звезды и пропеллер, расположенный чуть ниже данной композиции. Ну а над всем этим вилась надпись «Крепи оборону СССР».