Она смутилась.

— Простите за недоверие, я не хотела слышать слова, причиняющие боль. Ведь уже долгое время дознаватели не могут её найти и постоянно твердят, что шансов нет.

Эва говорила быстро, а сама потянула меня за руку в сторону боковой улочки.

— Я не слышала о вашем роде. Но, если вы можете что-то рассказать, я буду вам очень благодарна.

Эва вела меня по узенькой улочке, завела в домишко, совсем небольшой, но каменный и красивый.

— Мне кажется, дознаватели даже и не искали её, мне нечем оплатить их работу, а они и не спешат её выполнять. Выгоды же никакой…

Её тихие слова породили мурашки на теле.

— Не совсем так, они искали, но не тщательно, — не знаю, почему, но была уверена в своих словах. — Я сейчас могу сказать точно, что ваша дочь жива.

Эва от моих слов встрепенулась, даже как-то в доме светлее стало.

— Расскажите, что знаете, и… Где вы видели того мужчину, что был нарисован возле нас? — женщина говорила не совсем уверенно, будто она не хотела задавать этот вопрос, но осмелилась.

— Я сегодня утром, на рассвете, приехала в Крес. Думала отдохнуть немножко, да дальше отправляться в путь. Но стоило мне лечь в гостиничном номере, как я провалилась в видение, где и увидела, видимо, события полугодовалой давности, — пересказав сон женщине, я почувствовала её смятение.

— Но там, в вашем сне, не было ведь мужчины, что вы нарисовали на листе бумаги, и дочери моей не было, — она с недоверием смотрела мне в глаза.

— Не было, — я кивнула, соглашаясь. — Именно поэтому, стоило мне осознать сон, я провела практику, где пыталась понять, к кому и с какой информацией мне идти. В своём втором видении я увидела вас и мужчину, увозящего девочку. Этого мужчину. — Пальцем указала на лист, где изобразила его.

От моих слов Эва покрылась мурашками, а потом резко осела и заплакала, обняв себя руками.

Я, не думая о последствиях, кинулась утешать женщину, истерика которой набирала обороты.

— Эва, что случилось? — я пыталась достучаться до женщины, что рыдала в моих объятиях. Она сама, как маленькая девочка, пыталась забраться с ногами на поверхность, свернуться клубочком и спрятаться ото всех.

В таком состоянии женщина провела около получаса, точно не знаю — часов в доме у Эвы не было.

А когда успокоилась, присела рядом и начала говорить:

— Пять лет назад я была совсем другой. Мне было всего двадцать, я была юна и доверчива. Моя матушка лекаркой была и часто меня отправляла в лес травы собирать. А я и ходила, не страшась. Да и, казалось бы, что может случиться с девушкой в деревне, где все друг друга знают? — её голос дрогнул, взгляд рассеялся, будто она уже и не здесь. — Как бы не так. Тогда было раннее утро, а на деревню пришла хворь. Знаете, в небольшой местности все же постоянно контактируют, а если заболеет кто-то один, то следом заболеют и остальные. Матушка меня отправила травы собрать на лекарственные микстуры, да только не увидели мы, что и я приболела. Но юная, глупая была — когда симптомы заметила, решила, что ничего страшного не случится, если травы всё-таки соберу, но не подрасчитала силы свои… Я до леса только добралась, как дождь пошёл. Искала корешки, когда слабость накрыла все моё тело, и наступила темнота. А в себя пришла в незнакомом домишке в лесу. Там мужчина был, ухаживал за мной, на ноги поставил. Я к нему симпатией и благодарностью прониклась. Он никак с внешним миром не контактировал, говорил, что нельзя ему в люди выходить. А я, добрая душа, пожалеть его решила. Да только не думала, что мужчина расценит это по-своему. Он взял меня. Боли не причинил, но дитя зачал. Домой добралась уже на сносях. Мать моя меня и не узнала вовсе, да и я её тоже. На месяц я тогда пропала. А за этот месяц в деревне людей погибло от болезни много, а мать поседела вся, в переживаниях за меня. Но приняла, непутевую, не винила ни в чем. Сказала, что справимся со всем. Да только дочку я родила, а спустя два года мать моя ушла с этой земли грешной на небеса. С того времени дочь моей единственной отрадой была. Знаете, с её улыбкой словно весь мир красками играть начинал. Она такая малюточка, солнечная девочка у меня была, её вся деревня любила. Всегда улыбалась, ко всем всегда шла, кто позовёт. Вот полгода назад и пропала. На глазах буквально. Я думала, что спряталась, но на территории деревушки её не оказалось. А для меня в тот момент, когда последний житель сказал, что у него моей девочки нет, и он её не видел, как будто жизнь оборвалась.