Следовательно, я уже находился в контакте с чем-то, окутывающим по меньшей мере всю территорию вокруг меня в радиусе двадцати пяти километров. И это что-то предоставляло крайне подробную информацию всюду, где не было псионов. С последними было интереснее, так как в близости любого пробуждённого одарённого реальность как будто не могла определиться, чем она является на самом деле, и я получал чуть ли не «слепое пятно», размеры которого зависели сугубо от личной силы каждого конкретного псиона. А судя по тому, что раньше я подобного не ощущал, взгляд «вдаль» имеет мало общего с тем, чем я обычно пользуюсь. Интересно? Ещё как, ведь это открытие не только увеличивает мои возможности как псиона ужасающего уровня силы, но и приближает меня к открытию всех секретов псионики. Уж не знаю, лежит ли в основе дара человечества формула или конкретное знание, но его получение я теперь могу назвать своей идеей-фикс. В мире просто нет ничего, привлекающего меня сильнее, и это — непреложная истина.

«Ведь чем ещё заняться, если пропасть в силе между мной и сильнейшими псионами совсем скоро станет не меньше, чем между ними и обычными людьми?» .

Дом Ксении показался среди десятков себе подобных, и я позволил себе небольшую вольность в виде полёта до точки назначения: окна спальни, в которое я тут же вежливо постучался.

— Артур?

— Единственный и неповторимый. — Улыбаюсь, оставляя налипшую на обуви грязь снаружи и пролетая в комнату. — Извини, что так резко пропал и появился только сейчас. За меня собираются взяться всерьёз… в плане обучения.

— Ты уедешь?..

Не только в голосе, но и в эмоциях столько тихой грусти, что мне даже не по себе стало.

— Пока неясно. С одной стороны, академия теперь действительно безопасное место, но с другой — все яйца в одной корзине не хранят, и чем больше тут собрано «ценного», тем сильнее будет желание наших врагов уничтожить всё одним ударом. — Да, ради студентов-аристократов-псионов можно было поднапрячься, но это могло того и не стоить. А если к этим студентам добавить такого распрекрасного меня? — Но я договорился о том, чтобы ты в любом случае получила возможность отправиться со мной. Обучение тебе тоже предоставят, если, конечно, ты захочешь.

А вот чужие надежда и радость эхом отразились в моей душе, отчего мне самому стало так хорошо, словно это меня одарили неожиданной, но такой желанной новостью. Это напрягло, но я решил разобраться в этом позже. Сейчас не хотелось не то, что срываться в глубокое ускорение для целенаправленного анализа этого факта, но и просто излишне напрягаться.