— Агрессивная среда угнетает даже мутантов и чудищ, с таким энтузиазмом пытающихся перебраться к нам. — Олег Сергеевич замер, а его взгляд устремился в точку. Лишь вздымающаяся под одеждой грудь старика показывала, что в кресле восседает не свежий мертвец, а вполне живой человек. — А что конкретно происходит с людьми на той стороне?

— Пока выявился только рак. Стремительно прогрессирующий и убивающий за считанные недели. И никакой радиации при этом. — Император не любил вспоминать, какой ценой им досталась эта информация. Учёный люд нередко наплевательски относился к собственному здоровью, и потому прямо сейчас в лучших больницах Москвы лучшие врачи боролись за сохранение жизней выдающихся учёных и исследователей. Выдающихся, но, благо, не незаменимых, ибо таким Алексей Второй самолично запретил переходить на ту сторону. — Растения там гибнут за часы, животные — так же, как люди. Но и тут есть нюанс…

— Ты ведь знаешь, с каким анекдотом у меня ассоциируется это слово, Лёша. — Хохотнул Олег Сергеевич. — Но ты продолжай, продолжай.

— Псионы там отлично себя чувствуют, и наши способности в значительной мере усиляются. Словно сама реальность по ту сторону на порядок пластичнее.

Старик встрепенулся:

— Это подтверждает теорию ноосферы и влияния разумов на материю!

— Пока это ничего не подтверждает, слишком мало данных.

— И всё-таки, мне нужен прямой доступ ко всей информации. Я почти сорок лет ждал, пока появится что-то, способное подтвердить догадки нашего клуба по интересам, а теперь… — Энтузиазм, коим загорелся старик, резко пошёл на спад, а в его глазах поселилась застарелая тоска. — Жаль только, не все дожили до этого момента. Но ничего: я самолично добьюсь ответов!..

— Не хочу тебя огорчать, но сейчас Геслер в приоритете. Я не могу доверить его обучение телепатии кому-то кроме тебя.

— Ткни в любого моего ученика, и он с готовностью возьмётся за эту работу…

— Глухой телефон, брат, глухой телефон. Да и в тебе я уверен, в отличие от твоих учеников. Сам же набирал уникумов вопреки всем моим просьбам…

— Экстравагантность — не порок, знаешь ли! — Возмутился Олег Сергеевич. — И доступ мне всё равно будет нужен. Не круглыми сутками же мне учить твоего уникума? И не морщись: не я это начал.

Тем не менее, император всё-таки поморщился. Не понравилось допущенная ошибка, позволившая брату ответить его же оружием. Но и с ответом он затягивать не стал.

— Соглашусь, мой уникум и правда куда как менее подконтролен, но я его кандидатуру из сотен прочих не выбирал. — Олег Сергеевич поморщился, точно попробовав на зуб особенно кислый лимон. — И раз уж ты так жаждешь добраться до информации по семь-семь-первому, то как насчёт того, чтобы помочь мне со свежими данными? После можно будет всё обсудить и, быть может, ты сможешь подсказать что-то дельное…