И те, и другие — частично, уж простите за чёрный юмор.

— Не спать! Страусы быстрее рожают, чем вы занимаете позиции!.. — Орал кто-то из особо рьяных командиров, коему какой-то особо наглый рядовой тут же пояснил за то, что «страусы не живородящие, а яйцаоткладывающие». Дальнейший поток бранных выражений мозг псиона отфильтровал за ненадобностью, но благодаря этой отчётливо слышимой ругани Сергей как-то резко понял, что наступило затишье.

Больше ничего не взрывалось далеко впереди, и даже вой и стрёкот мутантов не казался столь резким и бьющим по ушам. Стелящийся на землёй и тянущийся ввысь дым начал постепенно рассеиваться, и Сергей невольно сделал шаг назад, тут же, впрочем, вернувшись на позицию. Справа и слева стояли его товарищи, которые, в отличие от своего одарённого соратника, не дрогнули.

Или просто не смогли пошевелиться, глядя на ужасную в своём великолепии картину.

Разлом, огромный и способный проглотить если не высотку, то большой коттедж так точно, внушал даже с расстояния в семьсот метров. В чёрном мареве мерцали алые всполохи, в которые минуту назад ещё влетали ракеты и снаряды, а у границ его, словно маркером очерченных, клубилась кровавая взвесь: не все мутанты в целости попадали на эту сторону, да и уже здесь многие задевали границы пространственной аномалии. Ещё и дым втягивался в зёв «портала», словно на той стороне давление было куда ниже, чем на Земле, отчего разлом выглядел ещё более ужасающим… и живым.

Впрочем, додумать эту мысль Сергей не успел: то тут, то там зачастили одиночные выстрелы, обрывающие существование появившихся в поле видимости уцелевших мутантов, а где-то справа раздалось жужжание приводов орудийной башни бронемашины, оператор которой не выдержал и начал без команды выискивать цели.

И судя по сначала первому, в какой-то мере даже робкому выстрелу, перетёкшему в грохочущую длинную очередь, он эти цели нашёл.

Сергей и сам не понял, как и откуда появилась вся та орава мутантов, что сейчас пёрла на них неоднородной волной, но живое воображение мигом дорисовало, каким потоком те выливались из разлома в новый для себя мир. В этом ведь и была главная беда столь огромных разломов: они манили, собирали и притягивали к себе всё живое, что имелось «там» на порядки сильнее, чем разломы даже вдвое меньше. И пока не было ни одного случая, чтобы разлом-«катастрофа» вёл бы в место, где не нашлось бы десятка-другого тысяч мутантов.

Казалось бы — откуда в вымерших, по словам учёных, мирах столько тварей, порой размером с танк и даже больше? Но они были, и простым парням с пушками приходилось встречать угрозу лицом к лицу.