А новый, доселе неизведанный и вполне себе живой мир? Без подробностей, так как Геслер и сам там ещё не был, но целая планета без псионики и Пси — это ни много, ни мало, а полноценный шанс на продолжение истории человечества, в то время как «автономная» база могла лишь выгадать время и продлить агонию. Достаточно лишь своевременно заняться «обратной селекцией» для формирования обширной популяции неодарённых людей, а после озаботиться их доставкой на непосредственно планету по ту сторону разлома. И пусть псионы всё равно будут появляться среди людей, уровень их сил позволит без особых сложностей зачищать уникумов силами неодарённых, и тогда там ещё долго не будет никаких разломов.

Перспективы поражали, и Алексей Второй даже начал считать шаг Геслера вполне оправданным. Схлопывание этого разлома было бы огромной потерей для всего человечества. Возможно даже, что потерей фатальной, так как научный прогресс на поприще борьбы с Пси упёрся в невозможность изолировать некое пространство от этой дряни, сложнообъяснимой с точки зрения современной физики.

— … на этом у меня всё. — Геслер тем временем замолчал, но отключаться не спешил, дожидаясь, по всей видимости, вопросов и встречных предложений.

Сам Алексей Второй не торопился открывать рта, понимая, что из-за происхождения Лжебога на Российскую Империю многие всё ещё поглядывали слишком уж недобро. А потому инициативу, как и право совершать ошибки, стоило передать соседям, самомнение которых, как правило, не слишком-то соответствовало их реальным возможностям.

— С вашего позволения, я возьму слово. — Открыла рот мужественная, с угловатыми чертами лица «голова» лидера ОМП по Европейскому региону. Этот мужчина скандинавской внешности с виду меньше всего походил на политика, но по факту среди всех глав ОМП именно его можно было назвать самым скользким и изворотливым интриганом. — Что вы, Артур, хотите в итоге получить от ОМП? Не поймите меня неправильно, но нам необходимо об этом знать, так как иначе мы, возможно, просто не сделаем того, что вы от нас ожидаете.

Шлем Геслера был непрозрачным, и он даже не пошевелился, но Алексей Второй, едва заметно ухмыльнувшись, в голове отчётливо представил себе вскинутую бровь монстра, по нелепой случайности запертого в теле молодого юноши.

Нужно было быть или гением, или глупцом, чтобы переспрашивать что-то столь очевидное у такого собеседника.

— Я не хочу повторяться, Вильям, но раз уж вы увидели в моих словах лишние смыслы — скажу. — Лжебог ответил, перейдя на более привычный большей части слушателей английский язык. — Коридор до разлома, вокруг которого наверняка обоснуется ОМП, и никаких попыток зафиксировать моменты моего там появления. Ни при помощи оборудования, ни при помощи одарённых или обычных людей. Это — всё, что я хочу от вас получить.