После отдыха он снова кинулся в посёлок и продолжил методично выносить людей. Удачно попавшаяся на глаза тележка облегчила эту задачу. Метр за метром, задыхаясь от удушливого дыма и обжигаясь об пламя, Воронцов, наконец, вынес всех, кого увидел в посёлке. Ближе к воде он не смог подойти, поскольку там всё было охвачено огнём и спасать было не кого.

Огонь, даже когда время было полностью остановлено, всё равно обжигал кожу и причинял нестерпимую боль.

Выйдя из ворот, Воронцов, весь покрытый копотью и сажей с множеством ожогов на теле и в обгорелой одежде, которая лохмотьями висела на его теле, упал на землю и сорвал с лица тряпку. Он вдохнул полной грудью свежий воздух. Больше двадцати человек ему удалось вынести из посёлка. Он не был уверен по поводу некоторых, живые они или мёртвые, но все равно их тела Воронцов упорно вынес из огненного ада. Даже если они и мертвы, то хоронить лучше целые тела, а не обгорелые головешки.

Ни супругу, ни падчерицу он так и не нашёл. Оставалось лишь надеяться на то, что они остались на другом берегу в полях.

После того, как перевёл дыхание, он запустил время. Сразу прохладный ветер начал обдувать его лицо. Вокруг стоял рев бушующего огня, который с радостью поглощал деревянные постройки. Люди начали подниматься с земли и осматриваться по сторонам. Ещё секунду назад они находились в огне или рядом с ним, а теперь чудесным образом оказались за территорией посёлка. Алексей сразу начал отдавать приказы, всем кто мог стоять на ногах.

— Детей собрать в кучу, и отвести к мосту подальше от огня! — устремил он решительный ворт на старушку, которая смотрела на него и крестилась. Затем настала очередь двух дедов. — А вы чего зенки выпучили⁈ А ну немедленно провели всех лежащих без сознания на земле. Если есть кто-то живой, то привести их в чувство и оказать первую помощь.

Его командный и уверенный тон оказал живительный эффект. Что бабка, что деды тут же засуетились и начали выполнять его приказы. Он же обратил внимание на Татьяну, которая подавала признаки жизни. Её безразмерная грудь слабо поднималась под рубахой. Воронцов начал её тормошить, в смысле, женщину, а не грудь. Последнюю он тоже был бы не против потормошить, но как женатый человек со строгими принципами старался игнорировать факт наличия груди у спасаемой.

В ответ на его действия она открыла глаза и тихо прошептала:

— Спаси детей.

Тагари пребывал в шоке от происходящего. Хоть он был знаком с силой Воронцова, но появившиеся из ниоткуда двадцать человек стали для него шоком. Он подходил к каждому лежащему на земле человеку и проверял пульс. Если ему удалось нащупать сердцебиение, то командовал паре стариков, и те пытались привести раненого в чувства, обливая водой из ведра, которую зачерпывает в корыте у ворот. Кому-то хватало пощёчины для приведения в чувства — на них воду не тратили.