Лай четвероного друга разбудил его. Алексей выскочил на ноги и зажал нож в правой руке. Он тут же обратил внимание на Спайка. Тот усиленно лаял на кусты, расположенные в метрах десяти по левую руку. Его шерсть стояла дыбом, а хвост был прижат к земле.

Мужчина не стал испытывать судьбу, и замедлил время в соотношении десять к одному. После выхода из меню пульта времени он направился к кустам. Спайк, будто в замедленной съёмке, медленно открывал пасть. Замедленный лай резал слух Алексея. Уже около кустов он заметил красивую собаку серого цвета. Вот только, когда он пригляделся, то понял, что это вовсе не пёс, а здоровенный волк весом под пятьдесят килограммов, которые медленно приготавливался к атакующему прыжку.

«Ещё волков мне тут не хватало!» — с досадой подумал мужчина, перехватив нож поудобнее.

Воронцов одним резким ударом перерезал горло волку. Нож прошёл через плоть, словно через теплое масло. При таком ускорении времени любое его движение было для окружающих подобно молниеносному действию Флэша из комиксов.

«Какая удобная штука, этот перстень, — с удовлетворением подумал мужчина. — Раз, и мир вокруг тебя замер!»

Воронцов отошёл на пару шагов назад, после чего отключил замедление. Хронопоток вернулся к своему обычному значению. Тут же до ушей Алексея донеслись хрипы вперемешку с булькающими звуками, которые исходили от кустов. Мужчина не спешил к кустам, он дождался, пока звуки оттуда затихнут, лишь после этого с осторожностью проверил, как там дела. В итоге он убедился, что волк испустил дух, лишь после этого путник на всякий случай замедлил время в два раза и принялся собирать вещи, при этом он постоянно оглядывался по сторонам.

Он не стал возиться с тушей волка. У него не было с собой таких запасов соли, чтобы обработать шкуру. На волчатину его не тянуло, тем более, что он когда-то слышал, что мясо у волков отвратительное на вкус, и его можно есть только с сильной голодухи. И то, у тех, кто имел подобный опыт, на всю жизнь осталось отвращение к волчатине. Таскать же с собой лишние килограммы по лесу — особый вид извращения. В пути усталость накапливается, и каждый килограмм кажется всё тяжелее и тяжелее.

Спустя пару часов он вышел на другую сторону острова. В посёлке Щучий проран тоже домов почти не осталось, а срез берега сильно изменился. Половина посёлка ушла под воду вместе с берегом.

Мужчина находился посреди посёлка. Он почти отчаялся найти хоть одну живую душу на этом острове. Внезапно он заметил, что у кромки обрыва проходит натоптанная тропа, которая уходит вглубь острова. При виде неё он тут же оживился и решил последовать по ней, не только после небольшого отдыха на поваленном стволе тополя, который манил и будто просил человеческим голосом: «Сядь на меня, посиди немного, отдохни».