Она вздохнула.
— Для одного ученика это слишком тяжёлое бремя.
Ну конечно.
Я почти растрогался.
Женщина так переживала за мою спину.
— Иногда богатство, превосходящее способность человека его защитить, приносит лишь беду, — сказала она. — Было бы разумнее передать такие вещи тем, кто способен о них позаботиться. Для самого ученика это тоже станет благом.
Где-то внутри меня очень тихо проснулось желание показать этой доброй бабушке средний палец.
Я подавил его.
В прошлой жизни меня учили улыбаться людям, которые пытались забрать деньги.
Навык оказался удивительно универсальным.
— Слова старейшины разумны, — поддержал её другой мужчина. — Речь идёт о наследии, найденном в Мире Меча, куда доступ открывают девять Великих сект совместно. Лучше всего разделить полученное справедливо, чтобы из-за сокровищ не возникло ненужных разногласий.
Вот оно.
Справедливо.
Одно из любимых слов людей, которые хотят чужую вещь и считают неприличным говорить «отдай».
Я уже ожидал, что старейшины Облачного Меча начнут спорить о принадлежности добычи своему ученику.
Юй Жун снова меня удивила.
Она усмехнулась.
— Справедливо?
Мужчина посмотрел на неё.
— Старейшина Юй с чем-то не согласна?
— Я просто пытаюсь понять, с каких пор пять сект, недавно устроивших заговор ради мест в Мире Меча, так полюбили справедливость.
Тишина продержалась ровно один вдох.
Потом площадь ожила.
Старейшина Горной Печати резко нахмурился.
Кто-то со стороны Потока Реки что-то произнёс вполголоса.
Лица нескольких людей из Небесного Колокола стали холоднее.
Старейшина Гу ничего не сказал, но его взгляд на Юй Жун заметно изменился.
Я же едва удержался от улыбки.
Умно.
Очень умно.
Она могла сказать: Мин Хао — ученик Облачного Меча, значит, найденные им сокровища принадлежат Облачному Мечу.
После этого восемь Великих сект получили бы общий интерес.
Не позволить девятой забрать всё.
Даже те, кто минуту назад не собирался вмешиваться, начали бы считать, сколько наследий, техник и ресурсов может получить их сосед.
Юй Жун выбрала другой вопрос.
Не кому принадлежат сокровища.
Кто вообще имеет моральное право требовать долю.
И сразу вернула всем память о недавнем заговоре.
Четыре Великие секты не участвовали в попытке тайно распределить проходы в Мир Меча.
Пять участвовали.
Теперь у первых появился великолепный повод потребовать больше.
И они его заметили.
— Старейшина Юй права, — сказал высокий мужчина из одной из сект, оставшихся тогда за пределами заговора. — Если уж говорить о справедливом разделе, следует учитывать прежние действия.
— Именно, — поддержал другой. — Некоторые уже пытались получить преимущество перед открытием Мира Меча. Почему теперь они должны претендовать на равную часть?